– Босс?
В то же мгновение Стас сорвался с места, оказался перед Цератопсом, выхватил у него из кобуры пистолет, врезал рукоятью по лбу второго охранника и одним гибким змеиным движением уложил Цератопса лицом в пол, выкрутив руку так, что тот сдавленно охнул, не имея возможности шевельнуться.
Второй охранник, не менее здоровый, чем его непосредственный начальник, закатил глаза и грохнулся на спину в коридор.
Ствол пистолета глянул ошеломлённому прокурору в глаз.
– Видите, Леонард Маратович, как всё может повернуться? – благожелательным тоном проговорил Стас.
– Э‑э‑э… – сказал Меринов.
– Понял, конечно, – кивнул Стас, отпуская могучую руку Цератопса, помог ему встать, отдал пистолет. – Извини, Шурик, ничего личного, обычный цирковой трюк. Забирай своего солдатика и топайте вниз, охраняйте усадьбу.
Цератопс налившимися кровью глазами глянул на Меринова, уловил кивок и вышел из кабинета.
Стас сел на место, взял со стола ломтик груши, сунул в рот.
– На чём мы остановились, босс?
– Любишь ты понты, – криво усмехнулся генпрокурор.
– Не отрицаю, – согласился Стас, жуя фрукт. – Иногда это даёт нужные результаты. Будем продолжать на оптимистичной ноте или у вас другой настрой?
Меринов дрожащими руками налил себе чуть ли не полный стакан коньяка, выпил залпом. Сунул в рот пол-лимона.
– Ты не единственный такой крутой.
– Знаю, – снова согласился Стас. – К примеру, младший Котов круче, а вы его бортанули за ненадобностью. Зачем? Парень был бы нам полезен. А теперь он влез в «чистилище» по самые маракасы и к нам не пойдёт ни под каким соусом, придётся продумывать другую легенду. Через него мы бы спокойно нейтрализовали «Стопкрим» без ненужного штурма базы.
Меринов упрямо качнул головой.
– Базу уничтожить! Это окончательное решение. Не захочешь возглавить операцию – подключу спецназ ФСБ.
– Дайте на размышления ночь, утром я сообщу о своём решении.
Меринов хотел вспылить (не слишком ли ты возомнил о себе, бывший Воин Закона?), однако вспомнил, с какой лёгкостью спецпорученец справился с охранниками, и передумал:
– Решай быстрей, у тебя всего два-три дня, потом надо будет разбираться с Киевом. Меня беспокоит господин Дубинин. Ты его хорошо знаешь?
– Сволочь изрядная, – усмехнулся Стас.