– Он и был с нами, если бы вы его…
– Хватит меня окунать мордой в дерьмо! – рявкнул Меринов, хлопнув ладонью по столу. Просеменил до кресла, рухнул в него так, что оно застонало. – Я не знал, что этот мальчишка экстрасенс. А найти его легко, он наверняка топчется под окнами Дивы. – Меринов фыркнул. – Влюблённый кретин!
Стас промолчал, подумав, что генпрокурор сам был не прочь заняться с Дивой любовью, да не вышло.
– Хорошо, что ещё?
Меринов остыл:
– Ищи Котова, найди Вещи, с ними проще будет диктовать свои условия кому угодно, тому же Дубинину или всему Комитету.
Стас кивнул, соглашаясь. Ему, как и генеральному прокурору, было всё равно, будет ли разрушен Киев или только Киево‑Печерская лавра, погибнут или нет жители украинской столицы, а вместе с ними иерархи мирового UnUn, главное было сохранить могущественные артефакты древних инсектов, способные изменять ткань реальности.
– Поэтому альтернативой этому решению, – продолжал Меринов, увлекаясь, приобретая прежний уверенно-властный вид, – могут стать точечные удары.
– А если они полетят не на одном, а на двух-трёх самолётах? – полюбопытствовал Стас.
– Мне тоже пришла в голову эта мысль, поэтому вариант с самолётами забракован. Зато нашу делегацию во главе с Дубининым мы сбить сможем. В Могилёвской области Белоруссии начинаются зенитно-ракетные учения ОДКБ, и одна из ракет случайно собьёт наш новенький «М‑21».
– Тогда Сход не состоится.
– Он нам и не нужен, нам необходимо добыть тридцать семь Великих Вещей, спрятанных моим отцом в Киеве. Мы сами их инициируем, здесь, в Москве.
– Как вы собираетесь их переправить в Россию, если нам удастся пройти в МИР под Лаврой?
– Курьерами.
– Курьеров можно настичь и убить.
– Разработать отвлекающий маневр… короче, с доставкой ещё надо покумекать.
Стас сделал вид, что размышляет:
– Логично.