Ну, все хорошо, что хорошо кончается, слава богу, этот сучий потрох убивать никого не планировал…
Мазур сказал почти беспомощно:
– Слушай, но никто же не мог предвидеть такого оборота событий… Торговать, понимаешь ли, шпионами. Пошлость какая…"
"– Стареем, – сказал Лаврик. – Не поспеваем за рыночным мышлением. Скажу тебе по секрету, я тоже такого в расчет не брал, мне и в голову не могло прийти… Мы к другим раскладам привыкли, двухцветным, как черно-белое кино… Ладно. Пора что-то решать.
– Я бы сказал, идея весьма неплоха, – медленно сказал Мазур. – Лучшее, что тут можно придумать, – засада в лагере и мобильная группа на маршруте.
– Она справится, – твердо сказал Лаврик, глядя ему в глаза. – Ты уж давай без лирики, старый черт…
– Есть, – угрюмо сказал Мазур.
– Ну, тогда живенько! Собери все хозяйство, я жду у машины…
Мазур кинулся в палатку. Быстренько обулся, прихватил бушлат и весь свой арсенал, на выходе нос к носу столкнулся с Катей, тоже уже одетой по всей форме, добротно вооруженной и выглядевшей вполне бодро.
– Катерина, есть тут одно незавершенное недоразумение… Когда мы лежали связанные и гнусно плененные, ты, сдается мне, все же допускала, что я могу с этим козлом договориться… А? Взгляд у тебя был специфический, подозрения в нем играли на всю катушку…
Девушка довольно стойко выдержала его взгляд, отведя глаза лишь на секунду. Непреклонно прищурилась:
– В конце концов, я тебя почти и не знаю. Мало ли что в жизни случается…
– Молодец, хвалю, – искренне сказал Мазур.
На него повеяло прошлым, на миг прохватило насквозь, как ледяным ветром, давным-давно ушедшими в пыльные дебри архивов казусами, о которых большая часть человечества не то что забыла, а и вообще не знала. Море под солнцем, далекие Ахатинские острова и раскаленные пески, кривые улочки города Эль-Бахлака.