Полоумный каким-то образом наткнулся на него, когда он засыпал могилу, и ударил по голове. А эта сука намерена использовать его, а потом убьет, как всех своих любовников.
Он попытался разорвать цепи, держащие ручные и ножные кандалы. Безуспешно. Нужно как-то освободиться. Ведь он отказал ей когда-то… Почему она решила, Что он передумает?
Дверь открылась, и в комнату вошла Робена.
— Ах, Бейн, как приятно, что ты нас навестил! Обычно ты привозишь припасы и сразу обратно.
Подойдя к кровати, она встала; на колени и сжала его плоть.
— Я всегда хотела вот это. До чего большое оружие! Да и сам ты великан!
— Я не стану с тобой спать, поганая сука, — злобно проговорил он.
— И не надо. Я сама тебя возьму, Бейн. Ты будешь ублажать меня, пока не надоешь, — с улыбкой пообещала Робена.
— Лэрд начнет искать меня, — предупредил он.
— Надеюсь, — рассмеялась Робена. — А когда он придет, обнаружит нас вдвоем, в этой постели. Как бы ты ни оправдывался, он поверит, что ты его предал. Мои слуги и я подтвердим это. Я скажу, что ты спал со мной еще в Данглисе, а потом и здесь, каждый раз, когда привозил припасы.
Робена, взяв в рот его плоть, лизала и покусывала нежную кожу. Его «петушок» стал утолщаться и удлиняться, и Бейн ахнул от удивления. Она, довольная, улыбнулась. Он понятия не имел, что выпитая им вода была щедро сдобрена афродизиаками, которые будут действовать еще несколько часов.
С криком гнева он кончил.
— Прекрасное начало, — сказала она, облизывая губы и улыбаясь ему в лицо.
Бейн не мог до конца поверить случившемуся. Женщина не берет мужчину так нагло и не вынуждает его излить семя, но Робена сделала именно это. Неужели она не только шлюха, но и ведьма?
— Что ты сделала со мной? Почему так гнусно использовала мое тело?
— О, брось, Бейн! Разве мужчины не насилуют женщин? — откликнулась Робена.
— Это совсем другое, — сказал он.
— Вовсе нет. Когда мужчина сгорает от похоти, он не спрашивает женщину, которую тащит в постель, хочет ли она его. Просто наваливается на нее и делает все, что хочет, потому что считает, будто это его право. Хочу, чтобы ты понял, дорогой Бейн: я — твоя госпожа.