В какой-то момент замахиваюсь слишком сильно, теряю равновесие, соскальзываю со спины дракона и лечу вниз. Вниз. Вниз. Прямо на острые чёрные скалы, которые приближаются стремительно и быстро. Это конец.
14. Новая жизнь
Аурэлия.
Вдруг время останавливается. Замирает. Я опускаю и поднимаю веки, это длится целую вечность. Брызги морской солёной воды виснут в воздухе. До острых скал остаётся всего пара метров. Замечаю лупоглазого крабика, застывшего в нелепой позе с расставленными в сторону клешнями. Шмоток зелёных водорослей, намотанный на камень.
А в следующий миг тело пронзает боль. Дикая, нечеловеческая, невообразимая. Меня словно разносит на мелкие кусочки. Из груди рвётся крик, но он выходит хриплым, резким, звериным.
Я не могу это терпеть. Если это смерть, то почему она длится так долго? Последнее, что понимаю: время снова ускорилось. Удар об острые скалы выбивает весь воздух из лёгких и наступает темнота.
Сознание возвращается медленно и тяжело.
Моргаю и облизываю пересохшие губы. Мы в аскетичной комнате: гладкие стены песочного цвета, узкая кровать, на которой я лежу, укрытая тёплым одеялом. Руки поверх него, все сплошь перебинтованы. Поцарапанный серый рукомойник, прибитый к стене, пошарпанный крохотный стол со стулом, шкаф из светло-коричневого дерева — вот и всё убранство.
"Из узкого вертикального окна льётся солнечный свет, в котором кружатся пылинки. Шевелю кончиками пальцев на руках и ногах. Это что, получается, я жива? Но как? Я хорошо помню, с какой высоты летела вниз на острые скалы — после такого не выживают.
— Ты проснулась? — Вайет смотрит на меня иначе.
Впервые вижу в его глазах восхищение и горячий интерес. Не снисходительно-добродушный, как к сестричке, нет.
Вайет находит мою руку, подносит её к губам, целует.
— Как же я испугался, Аурэлия, любимая моя.
Что?
Смотрю на него так, будто впервые вижу. Это я так приложилась головой, или дело в чём-то ещё?
— Что стряслось? — высвобождаю свою руку из его прохладных ладоней и подношу к глазам. Провожу ею по волосам, чувствую повязки и там.