Опять командует мной! Может, хватит уже? Не маленькая!
Фрейлины за спиной тихо переговариваются, затем всё смолкает. Придворные расступаются. Император.
Мирантор появляется в ослепительном золотом камзоле. Его наряд может спорить с солнцем по яркости и блеску.
Приседаю и опускаю голову. Император останавливается напротив, протягивает мне руку. Касаюсь её губами и встаю."
"— Моя милая, — произносит с улыбкой, но его цепкий взгляд смущает меня. — Как ты себя чувствуешь? Составишь компанию старику?
Покажешь уже, наконец, на что способна? Или продолжишь оставаться слабачкой?
Разумеется, вопрос завуалирован, но я умею читать между строк.
Райгон пересекает террасу, коротко кивает Императору и останавливается рядом со мной, плечом к плечу.
— Я постараюсь, — шепчу еле слышно.
— Прекрасно, — улыбка Мирантора слаще сахара. — Значит, увидимся в небе.
Киваю и снова склоняю голову.
Мирантор останавливается у края террасы. Поднимает вверх руку и делает знак. Спустя секунду над долиной разносится звук горна.
Мы расступаемся, освобождая центр террасы. Император первым принимает истинный облик. Спустя мгновение золотой дракон взмывает в небо. Большой, величественный и прекрасный. Любуюсь им, приставив ладонь к глазам.
Интересно, я — такая же? У меня такая же золотистая гладкая чешуя? Совсем не помню…
— Ваша очередь, принцесса, — раздаётся над ухом голос Райгона.
Я так увлеклась рассматриванием императорского дракона, что совсем забыла, где нахожусь.
Крижарии не видно, а значит, я — следующая после Императора в очереди на воплощение. И все ждут, хотят посмотреть, как это будет. В груди разливается жар, сердце начинает усиленно биться и так же быстро растёт панический страх: я не смогу, не справлюсь, у меня не получится.
Чужие взгляды пугают. Хочется спрятаться, сбежать отсюда.
Райгон выступает вперёд, заслоняя меня собой, пряча от любопытных.
— Вы следующий, лорд Харви, — произносит он громко. — И далее по очереди. Такова воля Её Высочества.
После его команды всё вокруг приходит в движение. Больше никто друг друга не ждёт. Драконы обращаются и взмывают в воздух по двое, трое за раз. Белые и чёрные, их примерно поровну.
Спустя пару-тройку минут на террасе остаёмся только мы с Райгоном и Кати, моя фрейлина, которая не умеет обращаться.
— Оставь нас, — отрывисто бросает ей Райгон.