Такова цена ошибки, которую я заплатила, чтобы усвоить урок: не все мужчины одинаковы. С одним можно умереть от зубов гаргулий. А с другим — от его собственной руки.
И только тогда получается рассмотреть того единственного, кто до этого оставался в тени. И понять, что он лучший.
Я не могу смотреть в глаза Райгону, поэтому смотрю в сторону, на лепнину колонны у стены.
— Больше не отпущу, — в его рычании нет места нежности, лишь предупреждение и неотвратимость.
Последний шанс передумать, другого не будет.
— Больше не уйду, — шепчу хрипло.
— Моя?
И хочется утонуть в янтаре его глаз, расплавиться в нём, прижаться к надёжной крепкой груди, спрятаться за широкой спиной от всего мира, довериться и знать, что защитит и никогда не предаст.
— Твоя, — выдыхаю в ответ, подтверждая все его права на себя.
Чувствую, как его рука зарывается мне в волосы. Улыбаюсь его сосредоточенному лицу, которое приближается.
Откуда-то издалека доносится шум. Топот множества ног по коридорам дворца, крики, жёлтый свет факелов внизу на земле. Что-то стряслось, и, кажется, я догадываюсь, что именно: я.
Медленно и неспешно, удерживая мой взгляд, Райгон отступает назад на середину террасы. Он хладнокровен и собран. Он знает, что делать. Я могу просто довериться ему и ждать.
Завороженно наблюдаю, как Райгон входит в трансформацию. Увеличивается в размерах, являя чёрного дракона, величественного, огромного, мощного. Он занимает собой всю террасу.
Его голова у края выступа, янтарные глаза с вертикальным зрачком следят за тем, что происходит внизу, из ноздрей вырывается облачко пара. Хвост с шипастым наконечником нетерпеливо ударяет рядом с выходом.
Могущественный зверь, безжалостный и прекрасный.
Топот множества сапог по каменному полу приближается.
Обеими руками сгребаю платье, обнажая ноги выше колен. Подбегаю к дракону и взбираюсь ему на спину. Пригибаюсь к нему, ложась грудью и животом. Обхватываю руками, насколько получается.