Возьмут и решат сдернуть в рассвет, например. Или еще что. Или очередных исполнителей выпишут, жаба задавит бабки возвращать. Пока они у нас, мы еще как-то это все контролируем.
– Как-то. Но все равно же отпустить придется до того, как все закончится. И не думаю, что они дернут, не так это и просто. Им реально проще рассчитаться, понимаешь?
– Ладно, давай бабки посчитаем, что ли? – предложил Слава. – И подумаем потом.
– Давай. – Я вывалил на стол все деньги из обеих сумок, добавил шесть тысяч «премии».
– Тут больше, – сказал он.
– Проставишься, – усмехнулся я. – Нам еще остальное с них получить надо.
Полную сумму Слава уже знал. Поэтому просто спросил:
– И все? Без штрафов? Две попытки завалить и все такое? Типа не считается или где?
– Мне бы свое вернуть. Можно нагрузить, но… короче, не знаю, как они потом себя поведут. Грохнуть сразу их нельзя, а потом… короче, пусть вернут для начала.
– Да и так все равно неплохо. – Слава улыбнулся, глядя на кучку денег перед ним. – Я уже у этой жопастой спросил, сколько ее тачка стоит. За восемь с половиной взять можно, сказала. Но я чё-та думаю, что пусть она на меня ее так перепишет. А себе за восемь с половиной другую купит.
– Не надо, я думаю, хрен знает, какие последствия с такого могут быть, – усомнился я, при этом ни секунды машину Лоры не жалея.
Мы их отпустили. Вернули ключи от «Чайнарэнглера» и отпустили.
Свинок у пикапа не было, но на крышке кузова сидела целая стая стервятников, начисто проигнорировавших мое появление.