— Я не специалист, но, мне кажется, ты мог бы стать фотографом.
— О нет, Вик. Как хобби — да, интересно. Но я по своей сути не свободный художник, не творец, одним словом. Я знал, что тебе зайдет.
Листаю дальше фото. Вдруг рука сама замирает над клавиатурой. Смотрю на себя. Это же надо было так поймать момент.
— Хороша, да?
— Да. Мне нравится… супер. — Я никогда не видела себя такой. Расслабленной и одухотворенной, что ли. И очень женственной. — Перешли мне ее.
— Ага, листай дальше.
Здесь много, много моих фотографий.
— Они нужны мне. Все. Перешлешь? — Смотрю в его глаза и просто тону в них. — Пожалуйста.
— Не вопрос. Я хочу альбом сделать, но сначала обработаю фото. Поможешь отобрать?
— Прямо сейчас?
— Ага. Чего тянуть. Или… слушай, я не сообразил. Может, ты пойти куда хочешь? Рождество все-таки. Я забыл.
— Никуда не хочу. Давай отбирать фотографии. Хотя я мало что в этом понимаю. Только из категории «нравится — не нравится».
Так и оказалось. Я сижу рядом и наблюдаю за Морозовым: он, чертыхаясь, обрабатывает фотки в какой-то специальной программе, явно профессиональном приложении. Одни фотографии отбраковывал сразу, а на некоторых зависал минут на десять.
— Ты никогда не говорил, что увлекаешься съемками. Я вчера в шоке была, когда ты камеры вытащил."
"— А? — Он с трудом отвлекается от монитора. — Это не увлечение, так, развлекаюсь немного. Пару лет назад надоело щелкать что попало на телефон.
— Ничего. Как-то не вяжется с образом качка-боксера.
Я немного согрелась за это время, скорее, отпустило что-то внутри. Встреча с нашими родителями кажется чем-то далеким и несущественным.
— Ты успокоилась? Вик? Я же вижу, что мать задела тебя больше, чем ты признать готова. Слушай, забей. Ольга и правда у тебя чересчур деятельная, но думаю, что это пройдет и она отстанет от тебя.
— Почему? — с любопытством спрашиваю я.
— Потому что я знаю своего папу.
Исчерпывающее объяснение.
— Я не хочу, чтобы она лезла к нам. К тебе и ко мне, — высказываю, наконец, то, что меня реально беспокоит. — Мне не нужны ее одобрение или поддержка, Саш. Но она не только моя мать, она жена твоего отца, она — твоя семья. Это очень сложно игнорировать.
— Ты слишком застреваешь, Вик. Просто перестань думать об этом. От их приезда ничего не изменилось. Помнишь, что я тебе говорил? Мы вместе, все серьезно.