На сто процентов. Иначе никак."
"Она шла по коридору, цокая каблуками. Интересно, где в этом особняке дамская комната? Ладно, разберется.
Маша свернула за угол, когда её кто-то резко дернул в сторону, зажимая рот рукой и втаскивая в комнату.
Она не испугалась.
Не успела.
Потому что безумно родной пьянящий запах сразу же окутал её с головы до ног.
— К черту всё, Особенная!
С глухим хлопком захлопнулась дверь, и Маша сразу же оказалась прижатой к ней спиной. Более того, на Машу навалилось тяжелое тело мужа. И сразу же его руки оказались везде.
— Влад…
— Я снесу башку тому блондинчику. Он глазами раздел тебя, нагнул и трахнул, — зарычал Влад, набрасываясь на её губы, задирая подол платья и обжигая обнаженное бедро Марии горячими прикосновениями.
Маша с вырывающейся наружу яростью ответила на поцелуй, вцепляясь обеими руками в рубашку Влада, страстно желая добраться до его кожи. И даже поцарапаться.
Их языки переплелись. Встретились. Дали друг другу бой.
Маша льнула к мужчине, прижималась. Не выдержала и потерлась ногой о бедро мужа. Он внял её призыву, подхватив ногу под коленом.
— Минни…
— Ты никому не будешь сносить голову. Как и я никому не выдеру волосы.
— Спорный вопрос по моему пункту.
Влад поднял руку и сжал пальцами подбородок Маши. Коротко приласкал, вжав большой палец в её нижнюю губу, слегка надавив.
— Ты невыносим.
— Есть такое дело.
— Но ты выдержал.
— Как и ты. Жена, но это был первый и последний раз, когда я решился на подобный эксперимент.
— Багровский, я тоже. Я тоже…
Они смотрели друг на друга, прижимаясь телами.
— Мы оба выдержали.
— Час не истек.
— Ну и что. А откуда ты знаешь, что я выдержал и не прочел твою записку?
— Я видела, как ты проводил рукой по брюкам.
— А я видел, как ты порывалась открыть сумочку. И, кстати, записка у меня в кармане рубашки.
— Прямо над сердцем…
— Да.
Маша облизнула губы.
…Что такое ревность и доверие? Тонкие субстанции, готовые лопнуть в любой момент. Ревность порой дает толчок чувствам, осознанию. Доверие, что изначально вроде бы должна испытывать к каждому человеку, можно очень легко подорвать.
Они стремились научиться жить с первым и укрепить второе.
— Доставай первым, муж.
— Ты.
Вот так всегда. Маша улыбнулась, кончиком языка пройдясь по мужскому слегка солоноватому пальцу.