В приемной стоял низкорослый чмошник, рядом с ним три явных уголовника-отморозка. Директор вспомнил вечерний звонок Маза, и у него захолодело под ложечкой.
– Пусть заходит, – нехотя сказал он. И поспешно добавил: – Один, остальных не пускать!
Савик зашел в кабинет, осмотрелся, наступать на ковер не решился и неуверенно обошел по краю, но то, что он сказал, шло вразрез с показной смиренностью.
– Маз не отдал мне три тысячи за работу. Я пришел за деньгами!"
"Приход к Директору без вызова, да еще через голову Маза, сам по себе был вопиющей наглостью.
Директор пришел в ярость. Первая мысль была: поставить его раком под ствол, вызвать ребят и без пересадки отправить всех четверых в могильную губернию. Но холодок под ложечкой не проходил: Маз не склонен зря паниковать, а вчера он был заметно напуган... Если этот коротышка действительно профессионал, с ним придется повозиться, да и от его дружков – зоновских отморозков можно ждать чего угодно: начнут мочить из трех стволов или закидают гранатами.
– Если тебе Маз должен, чего ты ко мне пришел? – строго спросил Директор. – С Мазом и разговаривай! В конце концов, Маз нашел этого чмошника, пусть он его и кончает! Хотя сейчас Маз должен заниматься Жгутом... Черт!
– Заказ вы вдвоем делали...
Телефонный звонок прервал начатую Савиком фразу.
– Шеф, Маза пришили! – Голос Лобана чуть не разорвал директорскую барабанную перепонку. – Вчера вечером, у его дома! Алле! Алле!
– Да слышу я! – глухо сказал Директор, глядя на стоящего перед ним маленького человека. Руку тот держал в кармане.
– Не ножом, не пулей – похоже, просто шею сломали! Это какая же сука?
– Давай в контору! – приказал Директор и, положив трубку, внимательно посмотрел в глаза Савика. Тот, в свою очередь, рассматривал директорскую шею, и взгляд его пах смертью.
Директор встал, подошел к сейфу, молча отсчитал три тысячи. Он был прагматиком и хорошо умел учитывать реальности жизни. Все ликвидации организовывал Маз, теперь его нет.