А то эти господа напихают бумаги в унитазы, а не успеешь прочистить – на ковры польется. Тогда могут с тебя и вычесть. Тут строго!
Иван Иваныч любил учить жизни, и Савик за половину дня наслушался про осторожность, аккуратность и дисциплинированность.
– Запомни одно: ты слепой и глухой! Мало что увидел – тут же забыл. И уж боже тебя упаси языком болтать. Так и до нехорошего совсем близко...
У тебя инструмент есть? – делая ударение на втором слоге, спросил наконец сантехник.
– Нету, – развел руками Савик.
– Видишь как, – печально вздохнул тот. – Значит, хочешь моим пробавляться... А как же вдвоем с одним инструментом?
– Дык вы показывать будете, а я крутить, – нашелся Савик. – Потом свой заведу. А сегодня приглашаю выпить за мою «прописку».
– От это правильно! – обрадовался Иван Иваныч и заметно помягчел. – А сейчас пойдем, в баре на втором этаже раковина засорилась..."
"Пили после работы в ближайшей забегаловке. Наставник почти не закусывал и быстро дошел до кондиции.
– Значит, так, в комнаты, когда там гости, не заходи! А то пропадет что – на тебя скажут... Ну и вещи там, деньги – ни-ни! Пусть бутылка открытая стоит или рюмка полная – не трогай! Ну и если с бабами голыми всякое безобразие – закрыл глаза и ушел! И тут же забыл!
Иван Иваныч громко отрыгнул.
– Ничем не интересуйся и ничего не спрашивай. У нас был один буфетчик, все любопытствовал, да так и пропал неизвестно куда...
На следующий день Савику выписали временный пропуск, действительный при предъявлении паспорта.
В огромном подвале, расположенном вокруг бассейна, переплетались никелированные трубы разного диаметра, тут и там торчали термометры и манометры. Стальные бока бассейновой ванны обильно покрывал конденсат, и хотя он стекал в специальные ливнеприемники, в помещении было очень влажно и душно, дышалось тяжело.
Взобравшись на стремянку, Савик выглянул в одно такое окошко и увидел плещущуюся совсем рядом воду.
– Гля! – удивленно выкрикнул он. – А если зальет? Иван Иваныч крякнул.