– Плохо! Мне известно, что Куракин в последнее время кого-то интенсивно разыскивал. Это было не связано с его работой и даже мешало ей! Кого и зачем он искал?
Атаманов опустил голову."
"– Я только третий день в новой должности, Петр Георгиевич. Пока не могу ничего сказать.
– Плохо. – Ожившая статуя наконец успокоилась и вернулась в кресло, опять превращаясь наполовину в камень. – Вы должны их достать из-под земли!
– Я все сделаю, – заверил Атаманов и вышел, хотя с трудом представлял, что тут можно сделать.
В его собственной приемной дожидались четыре руководителя подразделений.
Четвертый был заметно моложе, раскрепощенное, он любил и умел одеваться, следил за модой, всегда благоухал тонким одеколоном. Сейчас на нем был длиннополый плащ из мягкой, хитро выделанной кожи, между распахнутыми полами выглядывал безукоризненно сшитый серо-стальной костюм.
Пожав всем руки, Атаманов пригласил их в кабинет. Ладонь «итальянца» оказалась не менее крепкой, чем у отставников. Атаманов знал, что он не уступает им и ни в чем другом. А в одном, несомненно, превосходит: этот парень совершенно не признает запретов и ограничений.
Наверное, поэтому, несмотря на интеллигентную внешность, Ринат Шалибов командовал специальной боевой бригадой службы безопасности «Консорциума».
– Как обстановка? – спросил Атаманов, обводя взглядом всех четверых.
– Нормально, – ответил Каймаченко, бывший десантник, командир разведдиверсионной группы. – Они просто не знали, что это наша точка. Объяснили – сразу отъехали.
– У нас не обошлось без стрельбы, – вздохнул Степан Деревянкин, в прошлом разведчик внутренних войск.
– У меня все нормально, – кивнул отставной капитан КГБ Силков. – Встретились, разобрались, будут платить.
– У меня тоже порядок, – с улыбкой ответил «итальянец». На самом деле Ринат Шалибов был башкир, но свои родовые корни почему-то скрывал, предпочитая имидж иностранца. – Мы забили «стрелку» их «крыше» и договорились по-хорошему: весь долг отдадут по сегодняшнему курсу.