Майор подошел к телефонному аппарату, не снимая трубки, осмотрел его, записал накорябанный на пластмассовой пластинке номер. Потом по рации связался с управлением."
"– Подключите наш узел связи к номеру... – он продиктовал цифры. – Пусть определят, с каким абонентом было последнее соединение и когда. И соберите все данные на этого абонента.
В машине он представлял, какой фурор вызовет его сообщение у начальства. И вдруг укол неисполненной мести загасил радостное возбуждение. Он уже забодал Клевца с этим Татарином, поднял все свои возможности, и в последние дни люди с такими или похожими фамилиями и кличками испытали немалое беспокойство.
* * *– Ну чо, куда поедем? – спросил Крепыш и подтянул оттягиваемые кобурой брюки.
– Давай на Ленинский.
Ринат сел на заднее сиденье просторного, как дом, «Опеля-Фронтера», оставив место рядом с водителем для Вьюна.
Квартиру на Ленинском Ринат знал хорошо.
На всех снимках красовалась темноволосая девушка с тонким лицом – большие глаза, высокие скулы, чуть удлиненный четко очерченный нос. Девушка выходит из подъезда многоэтажного дома. Девушка садится в какую-то раздолбанную малолитражку. Девушка в гастрономе у молочной витрины (снято с улицы, через стекло). Девушка в форме стюардессы, на плече дорожная сумка – спешит куда-то на фоне огромного табло с названиями городов.
Ринат взял снимок в руки, рассмотрел внимательнее. Девушка сидит за низким столиком кафе вместе с «объектом» Кардановым. Это единственное фото, где она улыбается.
– Смулева Мария Евгеньевна, стюардесса, двадцать девять лет, русская, не замужем, – произнес Куракин, и его толстый палец с аккуратно подпиленным ногтем лег на фотографию, накрыв улыбающееся лицо. – Это его подружка, Ринат.
– ...Але, Ринат? – донесся издалека голос Крепыша. – Чего молчишь-то? Этот дом или нет?
Ринат очнулся. «Опель» остановился в темном прямоугольном дворе, двигатель мягко стучал на холостом ходу, в салоне было накурено и жарко. Крепыш вопросительно уставился на Рината. Ринат опустил стекло и выбросил потухший окурок. Выглянул наружу.
– Этот, – сказал он.