Да, это отличный вариант!
Я разворачиваюсь, прикидывая, где искать место для сна, и только теперь замечаю, что дверь в кабинет Санаду закрыта недостаточно плотно, тонкая линия света очерчивает её контур.
О, значит, Санаду вернулся и не спит – можно заглянуть к нему и посоветоваться по поводу иномирной сущности. И жуткого храпа.
Мягкий ворс ковра гасит звук моих шагов, пока я иду к двери. Она открывается бесшумно, и я резко останавливаюсь на пороге, так и не произнеся заготовленное «Извините за беспокойство».
Санаду сидит в кресле, склонив голову на сложенные на столе руки. Разметавшиеся чёрные пряди ярко выделяются на фоне бумаг. Перо лежит рядом с какими-то записками в пятне растёкшихся чернил.
Кажется, кто-то сильно устал.
И это выглядит… мило. Санаду сейчас такой... человечный, такой… действительно милый. На сердце теплеет, и я невольно улыбаюсь.
На ковре валяются смятые бумажки.
В приоткрытое окно задувает ветер, шелестит листочками, сбрасывает один исписанный на пол.
Улыбнувшись шире, подхожу его поднять. Ковёр и здесь гасит звуки моих шагов. Моё приближение не тревожит Санаду, скорее всего потому, что я для него неощутима из-за абсолютного щита. Или… кажется, от него пахнет вином. Присаживаюсь, поднимаю записку с магкаллиграфическими знаками для превращения её в самодоставляющийся самолётик.
Непроизвольно взгляд скользит по словам. Их смысл не сразу доходит до сознания.
«Я ненавижу то, что ты делаешь, ненавижу Неспящих, но без тебя не могу».
Мои пальцы подрагивают. Дышать вдруг труднее, словно на плечи взвалили тяжесть. Я делаю ещё шаг вперёд, скольжу взглядом по записям. Для меня они перевёрнуты, но я улавливаю отдельные слова и фразы:
«Мара…»
«…Я скучаю…»
«…Мне тебя не хватает…»
«…Я ненавижу тебя и люблю…»
«…Мара…»
Всё же девчонки ошиблись.
Я разжимаю подрагивающие холодеющие пальцы и позволяю записке упасть на мягкий ворс ковра.
Так же бесшумно и незаметно, как вошла, я покидаю кабинет Санаду.
Как хорошо, что всё прояснилось сейчас."