С территории школы пока никто не выходил, а вот внутрь благополучно прошло восемь студентов. Эта девятая.
Может, быстренько прошмыгнуть через один из проходов? Идея, конечно, заманчивая. На первый взгляд, ничего особенного: человек просто шагает сквозь рамку. Но необычное движение воздуха между опорами откровенно напрягало.
К тому же я обратила внимание на запястья студентов: у всех на левой руке красовался ярко-желтый браслет. Наверняка он и служил пропуском. Утверждать этого я не могу, но и рисковать почем зря не хочется.
В том, что меня мурыжат намеренно и начальство придет, я не сомневалась. Как правило, люди при такой особой «мариновке» начинают нервничать, психуют и уходят. Со мной этот номер не пройдет: к вынужденному ожиданию я привычна. В арбитраже, бывало, и по восемь часов кряду в коридорах торчала. Само собой, не без дела. Здесь же откровенно не знала, чем себя занять.
Отойдя к стене, с невозмутимым видом прислонилась к прохладной поверхности плечом. Нет, ну правда, граждане аферисты уже сильно наглеют. Или надеются, что я внезапно отрешусь от мирской суеты и прямо отсюда подамся в монастырь?
Кстати, а идея-то неплохая. Если, допустим, коллектив не женский, а мужской? Тогда должно быть интересно. Как объяснят мне умные красавцы-монахи термодинамику, как расскажут про всякие там электроны, протоны, нейтроны. М-м-м, красота! Жаль, в мужской монастырь меня не возьмут.
Я в очередной раз посмотрела на изученный вдоль и поперек информационный стенд, глянула на наблюдательный пункт охраны. Дежурный в белоснежной рубашке все так же сидел за большим окном.
Неожиданно охранник вскочил. Буквально через несколько секунд открылась неприметная дверь, и, уверенно печатая шаг, в мою сторону направился коренастый мужчина в пятнистой униформе.
Ух ты, и часа не прошло!
Я демонстративно достала из сумочки мобильный, невозмутимо наблюдая за приближающимся сотрудником охраны.
Подойдя ближе, мужчина цепко оглядел меня с ног до головы, а после безразличным тоном проговорил:
— Начальник охраны Императорской южной школы Роман Антонович Минаев. Слушаю вас.