С каких пор чуть больше тридцати стало старостью?"
"Да, Соня младше, но кто ей дал право записывать меня в утиль? Я красивая молодая женщина. Понимаю, что ее речь предназначена для подрыва моей самооценки.
- Малыш, поезжай домой, потом поговорим, - отвечает Ваня и равнодушно на меня смотрит.
Человек, который боготворил меня и признавался в любви каждое утро, просто режет на куски мое сердце.
Предатель.
Какой же он предатель.
- Пока, мой хороший. Разбирайся. Пусть эта, – наконец-то сестра смотрит на меня, - собирает свои манатки и сваливает.
Стоит ли говорить, что от наглости Сони я просто в шоке? Учитывая, что квартира моя, слушать подобное смешно. Именно я пахала днями и ночами, откладывая деньги на собственное жилье. Муж в то время получал гроши и только подбадривал меня, предлагая работать еще больше, потому что это приносит отличный доход.
Нет, Ваня, конечно же, помогал мне и я никогда не обвиняла его в финансовой несостоятельности.
Сейчас я уже не понимаю, где он был настоящим. Ощущение, что использовал меня всего годы брака, замыливая глаза своей псевдозаботой.
Это я помогла ему открыть бизнес, я купила квартиру, я подняла нас со дна и сделала обеспеченной парой. И вот теперь получаю в спину нож. Выслушиваю, что должна собрать чемоданы и покинуть территорию.
- Ты забываешься, дорогой. Квартира моя, отдавать свое жилье не собираюсь. Вместе с Сонечкой приобретите свое и живите душа в душу, - произношу дрожащим голосом. Главное — держаться, не рыдать, не показывать этим двум предателям своей боли.
- А ты при памяти? Купила ее в браке, общенажитое имущество, - зло хмыкает София.
- Как тебя это касается? – задаю вопрос. – Позарилась на моего мужа, теперь еще и жилье интересует?
Соня начинает смеяться.
Сердце бешено бьется в груди, все что могу сказать, вырывается из горла всхлипами...
- Как ты могла? Он же мой муж. МОЙ!
- Был твой - стал мой, - отвечает сестра.
- Даже так? Ты уже и в жены наметила себе местечко?
- Почему нет? Рожу для Вани сына, стану той, кто готовит и убирает, ублажает своего мужчину, а не днями напролет пропадает на работе.