С другой стороны – почему актрису? Игоря мать любила, пусть своей какой-то особенной и странной любовью, но да. Иначе не пошла бы на то, чтобы извести лучшую подругу, разрушить ее семью и по итогу отдать руку и сердце этому мужчине.
Жили они, честно говоря, очень даже неплохо. Единственным камнем преткновения всегда была Ксюша. Она раздражала мою мать и мельтешила перед глазами, как напоминание о прошлой жене. Мамино отношение отразилось и на мне. Если в детстве я по-хорошему общалась и дружила с сестрой, то с течением времени стала ее воспринимать только как банкомат.
- Так и будешь молчать? – родительница делает последнюю попытку разговорить отца.
- Восемь минут, - сообщает в ответ голосом робота и смотрит на часы.
Похоже Игорь реально не шутит."
"Возможно, лучший выход сейчас – реально уйти, чтобы не накалять обстановку до конца.
Как вариант – можно попросить Ваню взять кредит и пусть отдает пять миллионов своей ненаглядной в счет компенсации за измену.
Выходим с мамой из гостиной и в суматохе достаем чемоданы, кидаю в них все подряд, не особо даже концентрируясь на вещах, сейчас главное не остаться в одних трусах, неизвестно сколько папаня будить кукситься, а мне нужно ходить на учебу и выглядеть достойно.
Тут же соображаю, что Ксюша сейчас в больнице и можно наведаться к этой идиотке в квартиру и почистить ее шкафы, размер у нас один, а ее брендовые шмотки всегда привлекали мое внимание.
Следом мысль развивается.
- Мам, произношу, кидая какие-то брюки в чемодан, а что, если нам поселиться у Ксении в квартире? Все равно в больнице торчит, какая ей разница? Перекантуемся там пару дней, присмотрим себе безделушек. Ты думаешь Игорь серьезно напишет на нас заявление в полицию? – спрашиваю ее.
- Ох, не знаю, Сонь, - тяжело вздыхает. Вижу что мать в полнейшем шоке, она не ожидала, что в конфликте Ксении и Вани обвинят нас. Вроде бы, все обдумали, но не подрассчитали, что Игорь поедет сперва беседовать с дочкой, а не с нами. Приедь он сначала домой, навешали бы лапши ему и все было бы шито-крыто. – Кажется мне, что он очень зол. Я таким его долгие годы не видела, - продолжает грустным голосом.
- Перестань париться, одумается.