Ведь можно обойтись и без этого.
— Но если я хочу, чтобы все оставалось, как было? Хочу, чтобы ты меня целовала и обнимала! Я привык, мне это приятно! Почему я должен отказываться от этого?
— Не притворяйся, Рэй, ты сам все прекрасно понимаешь.
— Да, я понимаю, — его тон резко изменился, став серьезным и искренним. Помолчав, он поднял голову и устремил на девушку красивые пьяные глаза. — Понимаю, что теперь ничто нам с тобой не мешает.
— О чем ты?
— О том, что ты очень мне нравишься. Как женщина.
Кэрол убрала ладонь с его плеча, пораженно приоткрыв рот и не в силах вымолвить ни слова.
— Поэтому я и решил проверить нашу кровь. Я знал, что ты не можешь быть моей дочерью, потому что хотел тебя…
— Рэй, ты просто пьян…
— Я ведь тоже тебе нравлюсь? Ты так на меня всегда смотрела, что во мне все переворачивалось. Ты тоже меня хочешь, я знаю.
— Нет! — вскричала Кэрол возмущенно. — Что ты себе навыдумывал? Совсем рехнулся на этой почве, что ли?
— Я знаю, ты сопротивляешься своим чувствам из-за Куртни. Забудь о ней.
— Рэй, прекрати немедленно! Ты пьян, ты не понимаешь, что говоришь! И, пожалуйста, уходи! Уходи!
— Не отталкивай меня, не надо, прошу тебя, — он сжал пальцами ее затылок и приблизился к ее лицу. — Ты стала такой красивой…
Увидев в его глазах вожделение, Кэрол почувствовала, как холодеет в жилах кровь. Она хорошо знала это выражение в глазах, этот горящий жадный взгляд. Так смотрел на нее подонок, которому ее продала Элен.
— Отпусти, — севшим от страха голосом потребовала она.
— Не бойся, солнышко, все будет хорошо, обещаю, — он набросился на ее губы, опрокинув девушку на спину. Вскрикнув, Кэрол попыталась его оттолкнуть, но он сжал ее в объятьях, прижав своим сильным телом к кровати. Распахнув халатик, он задрал коротенькую шелковую сорочку и стал жадно целовать молодую упругую грудь, нежно сжимая ее ладонями.
— Не надо! Перестань! — испуганно кричала девушка. — Рэй!!!
Но он словно не слышал ее. Кэрол закричала, осознав всю серьезность его намерений, но даже если бы кто-нибудь из пьяных гостей расслышал ее крики в грохоте музыки, то вряд ли обратил на них внимание.
Кэрол отчаянно вырывалась, но сил для борьбы с Рэем в ней было слишком мало. Он как будто даже не замечал ее сопротивлений, поглощенный собственной страстью. Руки его нагло шарили по ее телу, но его движения не были грубыми, скорее, страстными, нежными. И ему не составляло никакого труда удерживать девушку…
— Отпусти, гад! Я не хочу!
— Хочешь, я знаю.