Салон погрузился во тьму. Некоторое время Кэрол неподвижно сидела в кресле, размышляя над создавшейся ситуацией. Она могла оставить Мэтта в машине и попробовать добраться до мотеля. Но до мотеля все еще было слишком далеко. Она потеряет драгоценное время, пешком, в такой ливень и по темноте пустившись на поиски мотеля. Не известно, что может за это время произойти с Мэттом, что он сделает, если очнется и не обнаружит ее рядом.
Он не понимает, где он и что с ним происходит. Он может уйти, и тогда его найдет только полиция, возможно, после того, как он успеет еще на кого-нибудь напасть.
Придя к выводу, что ничего другого не остается, Кэрол развернулась и осторожно потрепала Мэтта за плечо.
— Мэтт!
Он не реагировал. Ужас, еще более отчаянный, чем страх перед жившим в нем психопатом и убийцей, ледяной рукой сжал ее сердце при мысли о том, что он на самом деле мертв, и ей это не показалось. Став коленями на сиденье, Кэрол потянулась к нему и погладила по бледному лицу.
— Мэтт!
Из черных глазниц на белом лице на нее блеснули сверкнувшие нездоровым огнем зрачки.
Кэрол невольно отодвинулась назад, за спинку сиденья.
— Что случилось, котеночек? — прохрипел он и, приподнявшись на локте, с болезненной гримасой потер ладонью голову.
«Пожалуйста, Мэтт, борись, сопротивляйся своей болезни, не теряй рассудок, и я спасу тебя, только позволь мне», — молила она про себя, не решаясь сказать это вслух.
— Машина заглохла. Что-то застучало под капотом, а потом стала, — проговорила она дрожащим голосом.
— Чертов движок! — Мэтт выругался, приподнимаясь на сиденье. — Говорил, не дотянем! Черт, и льет, как из ведра!
Накинув куртку, он с тяжелым вздохом вылез из машины, захватив фонарь. Открыв крышку капота, он наклонился, исчезнув из поля зрения Кэрол.