– Этот робот – не человек. Но он способен мыслить, как мы. В этом вся проблема…
Джонни еще налил в стакан, выпил. Улегся на диван, закинул ноги на спинку. Поднес листок к глазам, вчитываясь в строки, в поисках ответа.
Лишь сырая каплет мгла с карнизов.Я и самСобираюсь бросить злобный вызовНебесам.Хеллард долго лежал на диване, размышляя не о роботе и даже не о «Безупречном». О людях. О пути, ошибках, странных водоворотах событий, связывающих или навеки разъединяющих живые существа… Автомат погасил верхнее освещение, посчитав, что хозяин дома уснул.
«Кажется, Викорски прав, – подумал эксперт-аналитик, проваливаясь в сон. – Здесь что-то закопано, очень важное. Мы в шаге от разгадки. Жаль, пока не угадать, в чем смысл…»
Он заснул на диване, прямо в одежде. В этот раз ответ на вопрос не пришел посреди ночи, как было в случае с «Безупречным».
На следующее утро Джон проснулся необычно рано, на диване в гостиной, а не в кровати. Сначала удивился, но потом вспомнил все, что было накануне. Привкус непонятной горечи остался, вместе со строками поэта.
Завтракать не хотелось, эксперт-аналитик ограничился чашкой кофе. Привел себя в порядок перед зеркалом, вышел из дома. Было нежарко, и Хеллард долго брел по улицам пешком, вглядываясь в лица людей, словно искал ответ на вопрос.
Потом, убедившись, что ответа не существует, вызвал такси, хотя со стороны это выглядело глупо – сначала неторопливо тащиться по городу, а затем лететь, как на пожар, тратить больше обычного.
…Он долго стоял на той самой площадке, где накануне утром совершил посадку флайер Энди Хортона. Отсюда президент корпорации направился к административному зданию, навстречу роботу, который целился в Хортона из пистолета.
– Отлично, отлично! – вдруг услышал Хеллард. – Все путем! Работает как часы. Давай теперь вечерний режим проверим.