Оно было перекошено, будто мужчина испытывал жуткую боль. Страшная гримаса застыла – неподвижным мертвым слепком. А еще – веки и губы. В бледном свете потихоньку разгоравшегося утра они казались черно-фиолетовыми.
– Джон! – отчаянно закричала девушка.
Она не могла уловить дыхания эксперта.
– Помоги! – истерично приказала Мэнигем. – Рви!
Вдвоем с Дэйвом они порвали футболку, и девушка прижалась ухом к груди Джона. Прошло очень много времени, но Мэнигем все-таки услышала то, что хотела. Тихое, едва уловимое «тук!».
– Живой! – радостно всхлипнула Карина.
– Не может быть! – искренне удивился робот. – Вот это сюрприз!
Мэнигем не слышала, что говорил модифицированный DB-1. Она пальцами раздвинула челюсти Хелларда, вытянула язык мужчины вперед, чтоб не перекрывал глотку. Набрала полные легкие воздуха, прижалась ртом к Джону, выдохнула. Тут же сильно надавила ладонями на живот и грудь эксперта. Вновь – глубокий вдох, и – порцию кислорода в легкие напарника.
Несколько раз Карина падала от усталости, прямо на тело Хелларда.
Мэнигем отдыхала совсем чуть-чуть – ровно столько, чтобы Земля перестала бешено крутиться и удалось поднять голову. Вдох! Рот в рот – выдох! И снова – побольше кислорода в легкие… Быстрый выдох, пока не все переработалось ее собственным организмом…
Когда Хеллард пошевелился и грудь пострадавшего от газа стала более-менее регулярно подниматься и опускаться, Карина упала на мокрую траву, заплакала.
В доме открыли все окна, провентилировали помещения.
…Дефектный баллон вытаскивали наружу солдаты в защитных костюмах – сразу, в первые минуты после того, как прилетела подмога. Военные дознаватели установили: у резервуара была проблема с механизмом, вследствие долгого хранения на влажном складе.