Намекая, что и в том числе благодаря ему этот процесс ускорен.
— Это отличные новости. Но все же вернемся к сути нашей беседы? Андрей Степанович, какие лично вы преследуете цели? Для чего наша беседа?
— Я редко признаю вину. Редко делаю поблажки. Но ты заслужила свободу. Я тебя отпускаю и не буду препятствовать в твоих начинаниях. Хотел сообщить лично. Не скрою, мне импонирует беседа с разумной женщиной. Ты отдала моему сыну лучшие годы, он решил все спустить в унитаз, меня в том числе. Теперь я полюбуюсь, как его раздавят.
Он и меня перемелет, если вдруг стану неугодной. Для такого человека практически нет табу. И самомнение его до небес уже взлетело. Но и я понимаю, что нет у меня сил и средств с ним тягаться. Полагаю, жизнь все расставит по местам.
И я реально рада, что он не будет мешать. Вряд ли я бы осилила противостояние с ним."
"— Андрей Степанович, я не нанималась развлекать вас, если что и буду делать, то только в угоду своим интересам, — выдерживаю его пытливый взгляд и читаю в нем одобрение.
Он едва заметно кивает головой.
— Твоим дочерям, увы, ничего не достанется. Меркантильные идиотки. Они пошли в своего отца, я в них разочарован. Правнучке немного отпишу. Но у нее и толковый отец, я ему кое в чем помогу и взлетит Дмитрий так, что всем хватит, — водит пальцем по краю белоснежной чашки.
— Если не Владу наследство, то кому? — спрашиваю ровно, пытаюсь не показать своей заинтересованности.
Влад всегда строил планы, что, когда его отца не станет, он полностью изменит его фирму.
— У меня есть сын, — ловит мой удивленный взгляд. — Да, да, при том я жене не изменял, как я уже тебе говорил. Это был недолгий роман, потом я встретил супругу, мы быстро решили пожениться, и тут всплыла моя интрижка. Та женщина родила мальчика на шесть месяцев раньше, чем моя супруга. Я парня не обижал, помогал, присматривал.