Конечно, эта террористическая акция не могла не привлечь внимания властей и общественности к проблеме еврейского национализма и сионизма как одной из самых ярких форм его выражения, тем более что вскоре эта проблема приобрела международный аспект. В частности, в декабре 1973 г. на XXVIII сессии Генеральной Ассамблеи ООН при выработке международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации представители ряда государств ― членов ООН попытались осудить антисемитизм и резко выступили против предложения советской делегации отнести к расовой дискриминации как антисемитизм, так и сионизм.
"На XXX сессии Генеральной Ассамблеи ООН началась новая дискуссия вокруг этой темы, которая была поднята рядом представителей развивающихся стран, в частности, Судана и Уганды. В своих выступлениях они прямо заявили, что постоянная поддержка Израиля правительством США объясняется тем, что «такая могущественная нация, как Соединенные Штаты Америки, находится во власти сионистов».
Громкий «самолетный процесс» зримо показал, что значительная часть так называемых советских «правозащитников» использовала правозащитную идею не по назначению, а исключительно для прикрытия воинствующего национализма и других, совершенно далеких от прав человека, идей.
Однако именно в 1970-х гг. правозащитное движение становится одним из главных составляющих диссидентского движения в СССР. В ноябре 1970 г. издатель самиздатовского журнала «Общественные проблемы» некто В.Н. Чалидзе создал некий Комитет защиты прав человека, куда вошли А.Д. Сахаров, И.Р. Шафаревич, А.Н. Твердохлебов и другие. Этот комитет действовал около двух лет, а затем ему на смену в 1973 г.