Никакого дежавю не будет! И я уверенно выстукиваю каблуками свой шаг. Пусть найдёт себе другую девочку на один-два жарких раза.
Я выхожу из клуба на улицу и вдыхаю свежий воздух полной грудью, слыша трель мобильного телефона. Ирка, наконец-то!..
– Мила, я уже лечу на всех парах… Пришлось немного задержаться. Мы тут с Олегом в пробке застряли…
Ага, всё ясно. Очередной кандидат в «генералы».
– Ладно, Ир, не парься. Я уже ухожу…
– Как? А почему?..
– На самом деле я и без того уставшая была, а тут ещё и ждать тебя надоело.
Ирка что-то щебечет в ответ, извиняясь, но я скоро с ней прощаюсь и направляюсь к стоянке таксистов. Слышу торопливые шаги за спиной, и сердце уходит в пятки… Надо было заказывать такси прямо к выходу из клуба, мечется в голове испуганная мысль. Я ускоряю шаг, бросаю взгляд через плечо, замечая только быстро движущуюся тень, и, уже не таясь, припускаю со всех ног. Всего-то нужно пробежать метров сто затемнённого пространства, минуя переулок с тупичком, и я – на хорошо освещённой стоянке, бьётся мысль в голове.
Чёртова туфля натыкается на какой-то камень, и я, запнувшись, едва не лечу на землю. Нога ушла резко вбок, и меня хватают за локоть.
– Не ори ты! – гаркает мне в ухо Максим и рывком тянет на себя. Мой локоть зажат в железных тисках. Максим крепко держит меня и ведёт за собой.
– Я с тобой никуда не пойду!..
– Успокойся, я же не маньяк.
Мы как раз равняемся с самым тёмным участком переулка, и внезапно Максим толкает меня вперёд, вынуждая шагнуть прямиком в тупик. Он наступает на меня и не даёт вырваться.
– Ты же сказал, что не маньяк.
– Я пошутил.
– Дурацкая шутка. Я домой хочу.
– Пойдёшь. Вот прям сейчас и пойдёшь, только на вопрос ответь.
Глава 19. Милена
Что ему от меня надо, мечется в голове мысль. Спрашиваю нетерпеливо:
– На какой вопрос тебе ответить?
– Тот самый, что я задал тебе перед тем, как ты из клуба дёру дала.
Вот гадство! Зажал меня в угол и вынуждает признаваться в чём-то несусветном. Сам-то ничего не хочешь мне сказать..?
– Я не помню никакого вопроса.
Я пытаюсь метнуться в сторону, но Максим кладёт руку мне на плечо, вдавливая меня в кирпичную стену.
– Я напомню."
"Мои глаза ещё не привыкли к темноте, потому я не могу ясно разглядеть ни выражения его лица, ни глаз.