И я ещё не знаю, к чему приведёт это внезапное заселение ко мне рыжего урагана, но собираюсь сделать так, чтобы она осталась у меня как можно дольше. Чёрт, я уже всерьёз подумываю о том, чтобы запереть её на все замки и не выпускать ни под каким предлогом…
Дорога проходит незаметно под мягкий, едва слышный говорок одной из местных радиостанций. Милена едва не засыпает, сморённая монотонным ритмом дороги и кажется невероятно усталой. В лифте она смущённо одёргивает юбку и прикрывает руками пятна копоти, не замеченные ей ранее.
– Проходи будь как дома…
– Спасибо.
Милена осторожно ступает в гостиную-студию, словно опасаясь, что на неё из-за угла набросится нечто страшное, обводит взглядом огромное свободное пространство гостиной с модной дизайнерской мебелью:
– Хороший дизайн.
– Говоришь так, будто модный означает плохой.
– Нет, просто… Ощущение такое, будто не живёт здесь никто. Не комната, а декорация красивой жизни.
– Хочешь, для пущей убедительности я раскидаю здесь свои вещи и повсюду оставлю следы пребывания, чтобы комната тебе казалась уютнее?
– Нет, что ты, – смущается Милена.
– Выбирай, будешь располагаться либо здесь, либо в моей спальне.
Я усмехаюсь, а Милена отрицательно мотает головой.
– Лучше покажи мне, где ванная комната. Я хотела бы привести себя в порядок.
– Подожди.
Я оставляю её осматривать комнату и возвращаюсь через несколько минут.
– Кажется, тебе не во что переодеться.
Она разворачивает футболку, а на пол падают боксеры.
– Мне что, надеть это?
– Подожди, я пороюсь на своих полках и найду среди своего белья что-нибудь более подходящее… Может быть, розовые стринги или кружевные танго?…
– Я не ношу розовые стринги!
– Да? А какие носишь?
Я ухмыляюсь, а Милена чуть краснеет.
– Ладно, проехали. Зато я точно буду знать, какое бельё будет надето на тебе сегодня ночью.
Я решаю, что хватит с неё двусмысленных шуточек и отвожу её в ванную, смежную с комнатой для стирки.
– Всё, оставляю тебя здесь…
Она поспешно скользит в ванную, закрывая за собой дверь. Слышится лёгкий щелчок замка.