Делаю и даже выпиваю половину чашки, когда разговор возобновляется.
— Какими будут наши дальнейшие действия?
Как ни странно, Самков переглядывается с Арбатовым, но вопрос адресует именно мне.
— Арина? — присоединяется к нему Руслан Германович.
— А что я могу? — уточняю у них обоих, дергая плечом. — Судя по документам, свои задницы сотрудники клиники прикрыли надежно. Я ничего не добьюсь, таская их по судам. А Измайловых вообще прицепить не за что. Они нигде не фигурируют.
Чего не ожидаю, так это полного и быстрого согласия Арбатова.
— Вот и правильно, девочка. Нечего тебе туда лезть, только нервы зря натреплешь,— кивает с улыбкой. Правда, жуткой какой-то. Зловещей, я бы сказала.
От такой лишь мороз по коже и волосы на загривке дыбом.
— Тогда, Мих, убирай договор, Арина его подписывать не будет, — Сатана кивает на бланк, который я до этого не замечала, — и давай, работай с парнями по полному сценарию. Как ты умеешь.
— С салютами, карнавалом и музыкой? Чтоб гремело из всех колонок?
В отличие от меня Самков явно сразу понимает, о чем идет речь.
— А то как же. Только так.
— Заметано, Рус, организуем в лучшем виде."
"Мужчины хлопают по рукам. А я хлопаю ресницами.
Про какой салют и карнавал идет речь, понимаю только на следующий день, когда в двенадцатичасовом выпуске новостей показывают кадры, как бойцы ОМОНа выпрыгивают из автобуса и оцепляют территорию той самой клиники на Софийской улице, где меня спасали якобы после аборта.
— Следственный комитет России по Санкт-Петербургу возбудил уголовное дело по статье «мошенничество» е отношении медицинского центра «Здоровье+» и инициировал обыски во всех его структурных подразделениях.
Голос телеведущей звучит безэмоционально, а меня разрывает от радости. Уверена, кто бы не стоял во главе клиники, он не сможет теперь отвертеться и выйти сухим из воды. И даже если с моей стороны — это просто месть, то вполне возможно, кому-то закрытие данной шарашкиной конторы спасет жизнь.
— Спасибо, Руслан Германович, — выпаливаю в трубку, когда Арбатов отвечает на вызов. — Я вам очень признательна. Не знаю, как благодарить.
— Борщ варить умеешь? — перебивает Сатана.
И вновь эта ленивая пресыщенность в голосе и скука смертная, будто всё ему приелось.
Сбиваюсь с мысли. Моргаю.
— Ум-мею.
— Тогда с тебя борщ. К трем приеду.
И этот... деспот кладет трубку.
30.