И ведет себя, как будто ей все… У нее аура – темно-коричневая.
– Ладно, мам. Я позвоню тебе с работы. Пока.
– У нее аура – темно-коричневая, – повторила мама. – Очень болезненная. Или почки, или легкие.
– Мама…
– Я видела – темный ореол вокруг головы…
Она что-то еще говорила, но Денис положил трубку. Аура, это ж надо.
Валерия уже была в кухне, оттуда доносились звуки радио и запах кофе. Из-за чего же они все-таки повздорили ночью?.. Он повернул голову и увидел свое отражение в зеркале трельяжа. Помятое лицо, всклокоченные волосы, одуревший с перепою взгляд.
– Яичницу пожарить? – Валерия появилась в дверях спальни.
– Я поеду, – сказал Денис.
Он вышел в прихожую и стал обуваться.
– Дома все в порядке? – Она села на пол, оперевшись спиной о стену и прижав колени к подбородку. – У мамы голос был какой-то…
– Все в порядке. Дома.
В руках у нее появилась сигарета. Щелкнула зажигалка, девушка неумело прикурила и выпустила в потолок жидкую струю дыма. Раньше она никогда не курила.
– Тебе это не идет, – сказал он.
– Плевать, – сказала Валерия. И никогда раньше она так не отвечала.
– Тоже неплохо.
– А поцеловать, милый?
Она с холодной улыбкой смотрела Денису в глаза. Издевается. Красивая молодая женщина. Когда-то они крутили любовь, сейчас изредка перепихиваются по привычке. На ней пушистый банный халат, короткие полы сползли вниз, полностью открыв стройные ноги. Денис вдруг вспомнил, из-за чего они поругались ночью. И ответил ей таким же холодным взглядом.
– В другой раз, крошка.
Бедра Валерии украшали свежие – даже пожелтеть не успели – синяки.
* * *Едва он открыл дверь, как под ногами что-то неприятно хрустнуло. Рассмотреть, что это, Денис не успел. Едва включив свет, он увидел, во что превратился его кабинет.
Окно с датчиком сигнализации закрыто. Дверь тоже была заперта, она тоже заблокирована. Тем не менее в кабинете был полный разгром. Ящики валялись на полу среди рассыпанных бумаг.