Марк выпячивает нижнюю губу и так смотрит, что у меня тут же слезы на глаза наворачиваются.
Чувствую, как Мишина ладонь чуть сильнее сжимает мое плечо. Он притягивает меня еще ближе. Я впечатываюсь ему в бок и протягиваю руки к Марку.
— Сыночек, — прижимаю ребенка к себе, — все хорошо. Мы рядом. И мы никогда больше не будем кричать.
Марк упирается лбом мне в грудь, подогнув коленки, и гладит пальчиками по предплечью.
Не хочу, но как-то так случайно бросаю взгляд на лицо мужа. У него глаза стеклянные. Он смотрит в одну точку, а когда замечает мое внимание, просто берет и обнимает нас с сыном.
Знаю, что это эмоции. Мы оба на грани. Все это мне, естественно, кажется, я просто хочу воспринимать происходящее как что-то, что действительно похоже на семью, о которой я мечтала. О счастье, которого у меня не было, обычного, женского счастья.
Да, я припоминала Влада, тыкала им Князеву. А как иначе? Я хотела видеть Влада своим мужем, не Мишу. Я мечтала о свадьбе и детях с другим человеком.
Эта ужасная история закончится, и начнется другая — счастливая. С любимым человеком.
Верила, что стану свободной, но не стала.
Стоит ли об этом жалеть?
Глядя на сына, затрудняюсь ответить, ведь если бы не этот брак, у меня бы не было этого сладкого мальчика. Да, возможно, был бы другой ребенок. Но разве сейчас мне нужен другой?
Страшно представить, что вместо Марка был бы кто-то другой…
— Я сейчас, — Марк снова отбегает чуть в сторону, — не уходит.
Слышу топот детских ножек. Как хлопает дверь в детской."
"На эмоциях не сразу соображаю, что до сих пор сижу с Князевым рядом, что его рука все еще на моей талии, а моя голова на его плече. Когда доходит, резко запрокидываю голову.
Сталкиваемся глазами.
Миша вытирает слезу на моей щеке кончиками пальцев, а у меня дыхание перехватывает.
— По-твоему, — произносит совсем тихо, — у нас и правда не было ничего хорошего?
Жму плечами.
Нет, конечно, были и хорошие моменты. Они все связаны с сыном, иногда мне казалось, что мы и правда семья. В совместных отпусках, на прогулках, вот на этих вечных завтраках и ужинах…
В том отпуске. Теми ночами…
— Даш…
— Не знаю, — сцепляю пальцы в замок. — Я просто устала тебя ненавидеть. Устала притворяться, что счастлива.
Князев шумно выдыхает. Он так меня и не отпустил.