– И что ты тут делаешь, Лю?
– Домой иду, – усмехнулся Леха так, что мужик невольно попятился.
– А девушка? Что вы тут делаете, госпожа? – повернулся он к Юе. – В бумаге, что обсуждали японские офицеры, было сказано, что с вами должен быть взрослый мужчина, телохранитель. А это молодой парень. Это не тот, о ком было сказано.
– Это мой друг, – с достоинством отозвалась девушка, с интересом рассматривая крестьян. – Мой телохранитель был ранен, и Лю помогает мне попасть к нему. Но я не понимаю, как так получилось, что вы сначала служили нашим врагам, а теперь бегаете по лесам и нападаете на мирных путников.
– Это он-то мирный, – проворчал мужик, невольно потерев пострадавшую ногу и покосившись на револьвер в руке парня. – Вы правы. Мы служили врагам, но нас заставили. И как только смогли, мы сбежали от них. И теперь ищем место, где могли бы спрятаться.
– За вами идет погоня? – моментально сообразил Леха.
Мужик только удрученно кивнул.
– Вы не сможете спрятаться, – жестко отрезал парень.
– И что нам делать? – дрогнувшим голосом спросил мужик.
– Драться, – отрезал парень.
– Чем? Голыми руками против винтовок?
– А вы готовы взять винтовки в руки? – презрительно усмехнулся Леха, сознательно провоцируя его. – Ведь за это предусмотрена смертная казнь.
– Готовы, – помолчав, решительно кивнул крестьянин. – Нас все равно убьют. Или японцы, за то, что посмели не подчиниться, или императорские власти, за то, что взяли в руки оружие.
– Хорошо. Я дам вам винтовки и покажу, как из них стрелять. Остальное будет зависеть только от вас. Хватит у вас решимости дать японцам бой, значит, будете жить дальше. Струсите, вас и вправду перережут, словно глупых кур, – жестко отозвался Леха и, сунув наган за пояс, направился к волокуше.
Быстро распустив веревки, он принялся доставать из вязанки винтовки и по одной раздавать крестьянам.
Мужики слушали его так, словно он пересказывал им божественные откровения.