Упомянутая пожилая родственница, двигающаяся, кстати, намного бодрее меня, очень спешила на работу, только поэтому мне удалось уехать из дома без грандиозного скандала с впихиванием «еще одной полезной» вещи.
Зато на проходную отдела по кадрам городской полиции я прибыла минута в минуту, пусть и запыхавшаяся, раскрасневшаяся, в каждой руке по сумке.
— Евангелина Нитарока прибыла по распределению в Ночной Отряд. Вот направление.
— Ночной Отряд?
На лице дежурного сотрудника, молодого человека в темно-синей стандартной форме, было написано легкое недоумение.
И, качая головой, отбарабанил сообщение по полицейскому коммуникатору, отослав куда-то информацию о моем появлении. Через пару минут ожидания на проходную вышел знакомый рыжий оборотень из Комиссии по распределению. Ой. Я так и не узнала, как его зовут.
— Уд-дачного времени суток, уважаемый.
— И тебе удачного, Евангелина.
Меня снова изучали. Это что, профессиональная привычка здешняя, сканировать всех с головы до пят? Представляю, как стояла бы сейчас не с двумя, а четырьмя баулами, если бы послушала бабушку. Оставшиеся два, видимо, я держала бы навесив на ресницы, потому что руки были уже заняты.
— Пропускай. Мы сегодня оформим мисс Нитароку все документы и пропуск. К квестору Игнацу я провожу новую сотрудницу сам, — весомо кинул рыжий офицер в сторону дежурного полицейского, продолжавшего изучать меня с явным интересом.
Затем развернулся и широкими шагами отправился в глубь коридора, даже не спрашивая, успею ли я за ним со своими сумками.
Оборотни не понимали зачем помогать взрослому, здоровому существу. Свои-то женщины у них были крепкие, иная и авто передвинет одной рукой, не вспотев. К тому же я подчиненная, не дело офицера за мной вещи таскать.
Вздохнув, я поплелась следом по коридорам, время от времени шарахаясь от торопящихся по делам одиночных полицейских или уступая дорогу целым группам.
Мы прошли через внутренний проход в большое почти пустое помещение, с несколькими столами и диванами. Тихо.