Приключения, дававшие остроту всей размеренной жизни, действовали на Иштвана и Витьку, как наркотик. Со временем нашлись желающие промышлять на товарной станции за долю малую, и отпала необходимость самим вскрывать вагоны. Но временами, когда хотелось почувствовать кайф от адреналина в крови, Герт с Пахомом сами выходили в ""поле"". Особенно в те дни, когда приходил дорогой товар.
— Что же тогда? — разволновалась Лиля.
— Знаешь Бумеранга? — невесело ухмыльнулся Иштван.
— Вову Нестерова, которого посылаешь подальше, а он всегда возвращается? — откликнулась она.
— Он вчера убил человека. Его ищут, — стараясь сохранять хладнокровие, отрезал Иштван. — И есть информация, что Бумеранг может подставить нас. Кто-то кому-то натрепался, и понеслись слухи. — Иштван усмехнулся невесело. — Сережка узнал, отделение, куда его стажером взяли, это дело ведет. Нас с Витькой уже включили в список подозреваемых.
— А как же свидетели? — наивно удивилась Лиля. Иштван смотрел на нее, и внутри поднималось необъятное отвращение к себе.
— Эти люди, Лилечка, подтвердят все, что им скажут менты. И мы с Пахомом поедем куда-нибудь лес валить. Никто не станет искать тех парней, что действительно были с Бумерангом.
— Где находились вы? У вас должно быть алиби, — строго осведомилась Лиля и внимательно посмотрела на Иштвана."
"— Вот в том-то и дело. Пахом, дурень, с Ларкой разругался.
— И ты хочешь, чтобы я обеспечила вам алиби? Так?
— Да, но тебе не придется ничего врать. Ты же ездила вчера к нам на дачу. А представь, что не со своим мальчиком, а со мной, с Пахомом, с Леной, Корабом.
— А если Иван узнает и сообщит, что на даче находились только мы вдвоем? — растерялась Лиля. В огромных зеленых глазах колыхалась тревога.
— Лилечка, ну откуда он узнает? — ласково заметил Иштван и даже всплеснул руками. — Сама подумай. Это же не открытый судебный процесс, а следствие. И его по телеку не транслируют. Показания записали, выводы сделали и все забыли.