— Знаете, эти крендельки изобрел простой немецкий булочник. Король Баварии приказал испечь крендель, через который три раза можно было б увидеть солнце, — продолжала осваиваться в роли экскурсовода Лина.
— Помолчи, дорогая. Дай людям насладиться праздником, — ласково попросил ее Пахомов.
— Я столько не выпью, — взмолилась Лиля.
— Не позорь свою страну, родная, — устыдил Виктор.
Потом они бродили от одной палатки к другой, пробуя разные сорта пива. Пауланер, Шпатен, снова Аугустинер, Хакер-Пшорр, снова Пауланер.
— Словно в детство вернулась, — довольно улыбаясь, сказала Лиля, сойдя с карусели. — Витька, помнишь, когда мы в Центральный парк сами ходили в пятом классе, а нас на карусель не пустили…
— Сказали, что мы уже большие на лошадках кататься… — захохотал Пахомов."
"— Кажется, я сильно натерла ногу, — со слезами на глазах сообщила Лина и предъявила всей компании огромный волдырь на ноге.
— Вечно ты все испортишь, — недовольно заметил Витька. — Теперь из-за тебя возвращаться придется…
— Зачем всем возвращаться? — плаксиво возмутилась Лина.
— Найдем, — буркнул Пахом.
— Как ты умудрилась мокасинами натереть так сильно ногу? — удивился Гена Лурдин, когда они с Линой садились в электричку.
— Все просто, шеф, — торжествующе воскликнула Лина. — Я обула Светкины. У нас они одинаковые, просто у племянницы нога на полразмера меньше.
— Зачем? — не понял Кульбит. — Мы же гулять собирались…
— Как зачем? — задохнулась от возмущения Лина.
Кульбит заглянул в большие глаза своей будущей жены, смотревшие на него честно и преданно.
— Интриганка… — усмехнулся он. — Только не вздумай со мной проделывать такие штуки.
В одной из палаток подавали форель, запеченную в тесте на палочке.
— Пошли попробуем, — предложила Лиля.
— Давай, — согласился Пахомов.
Они вошли внутрь и огляделись, высматривая свободные места.
— Мама родная, куда мы забрели?
Лиля оглядела зал внимательно. За столами сидели в обнимку парочки. Мужчины с мужчинами, женщины с женщинами. Какой-то гей-парад, честное слово. Гетеросексуалы находились в явном меньшинстве.
— Давай-ка быстренько выходить отсюда, — сказала Лиля и развернулась к выходу.
— Подожди, надо замаскироваться, — буркнул Пахом.