Шиворот-навыворот

— Я люблю тебя, мамочка, — прошептала она, целуя. Лиля обхватила рукой голову дочери, притянула к себе, что-то зашептала на ухо. Ладонь медленно скользила по кудряшкам. А на безымянном пальце сиял огромный бриллиант.

— Гайка знатная, — понимающе буркнул Витька, имея в виду кольцо Армана, и крикнул громко:

— Горько.

ГЛАВА 34

Курт Мюллер тысячу раз пожалел, что расправился с Алисией, наглая девица шантажировала его и собиралась сдать шефу. И тот бы в течение часа выгнал взашей как собаку. Проклятая идиотка. Откуда ей только стало известно про кокаин? И вообще девица Верленмайер оказалась темной лошадкой.

Тут же в дело вмешались влиятельные родственники. Адвокат Мюллера навел справки об Армане де Анвиле и выяснил, чем он занимается. Обладай Курт этой информацией раньше, он ни за что не предпринял бы всю эту канитель по устранению Алисии. Да и кто она была. Безликий фотограф-фрилансер, каких тысячи бродят по Мюнхену, стремясь продать хоть что-нибудь из своих работ в ведущие издания. Мать померла года два назад, отец — когда Алисия была еще ребенком. Ни друзей, ни семьи…Кто мог предугадать, что, как черт из табакерки, появится настоящий отец Алисы? Тот самый Арман де Анвиль, чьи фармацевтические заводы разбросаны по всему миру, чьи уникальные разработки в области фармакологии засекречены правительством Франции. Еще оказалось, что он владеет виноградниками на юге и входит в ассоциацию виноделов Франции, а его небольшая флотилия ловит сардины и макрель в Атлантике. Шутки с этим человеком не могли закончиться ни чем хорошим для такого полного ничтожества, каким считал себя Курт Мюллер. Если б знать заранее… Он, закрыв глаза, потер лицо обеими руками, и окончательно убедился, что пропал.

Арман сумрачно осмотрел зал прощаний при кладбищенской часовне. Вгляделся в бледное лицо Алисии. Несчастная девочка так и не пришла в себя. На минуту он задумался. Нужно жить. Любить и радоваться каждому дню. Могла ли предположить его дочка, что вместо парка Серенгети отправляется в последний путь.

Бросила дуреха ребенка и мужа. Говорят, задыхалась она в доме Пахомова, а теперь совсем не дышит."

"Смерть во всем своем непритязательном обличье словно освещает жизнь ярким светом. Нужно успеть признаться в любви, жить, радуясь каждому отпущенному дню. Оберегать любимую и наслаждаться ее близостью. Пока не поздно. Страшно подумать, что случится с ним, если он потеряет Лили. Он только обрел самую желанную женщину. Лишь недавно понял, какая она — настоящая любовь.