Вроде не собачьего племени.
Но тут с кухни потянуло жареным мясом, и Банзай радостно помчался туда. Иван услышал, как вскрикнула Зина, и, быстро подскочив, бросился следом.
Он ожидал увидеть гостью, забравшуюся на стол, и рычащего рядом зверя. Но его строгая псина крутилась вокруг Зининых ног и виляла обрубком купированного хвоста.
— Мы уже подружились, — оповестила гостья. — Только вот не знаю, как звать этого красавца.
— Банзай, — поспешил представить собаку Иван и тут же наказал строгому зверю: — Запомни: свои.
— Давай завтракать, — предложила Кондратьева. — Я тут похозяйничала у тебя немножко. Картошку пожарила и мясо. Не знаю, что ты на завтрак ешь.
— Люблю мясо с картошкой, — согласился Бессараб. — Давай поедим и еще поваляемся.
— Мне пора, — твердо заявила Зина. — И так загостилась у тебя. Пора и честь знать.
— Тебя дома ждет кто-то? — напрягся Иван. Со вчерашнего дня он был уверен, что у Зинаиды никого нет.
— Кот, — невесело усмехнулась она. — Его кормить нужно.
— Поехали покормим и вернемся, — тут же решил Бессараб.
— Не гони гусей по кукурузе, — резко остановила его Кондратьева. — Я не могу так быстро."
"— А как хочешь? Медленно? — усмехнулся он. — Давай попробуем. Обещаю красиво ухаживать.
После завтрака он отвез ее домой.
— Может, поднимешься? — предложила она.
— Ты чего, Кондратьева, в первый день знакомства? Ни-ни.
Зина заливисто рассмеялась и стала открывать дверь автомобиля.
— Подожди, — потянул ее за рукав Бессараб.
Зина удивленно уставилась на него.
— Я посижу в машине пятнадцать минут, Зин, а потом уеду. Если передумаешь, спускайся. Нам очень хорошо вместе.
— Спасибо большое, Ваня, — протянула она жалобно. — Ты дал мне возможность почувствовать себя желанной.
— Ты хоть услышала, что я тебе пытаюсь сказать? — напрягся он.
— Да, Вань, да. И еще раз спасибо.
Она медленно вышла из машины и сразу вошла в подъезд. Не обернулась даже.
Иван решил подождать с полчаса и только потом уехать.
Зина, войдя в квартиру, быстро разулась и прошла на кухню под заунывное мяуканье кота.
— На, Барсик. — Она высыпала в плошку кошачий корм и подошла к окну. ""Гелендваген"" Бессараба все еще маячил во дворе.
""Значит, не разыгрывал"", — мысленно отметила она и, не раздеваясь, прошла в комнату.
""Чего тебе надо, Кондратьева? — спросила она себя. — Даже если расстанетесь через неделю, будет что вспомнить. Давай решайся, наконец"".