Я назову его лжецом. Да, в школе нас готовили ко многим ситуациям, и к таким в том числе. И всё равно подготовка – это одно, а реальная угроза – совсем другое. За время всех моих многочисленных заданий попадать в такую передрягу ещё не доводилось.
А Тео по-прежнему не было. Конечно, давай, Дениза, объявляй на весь белый свет, что ты – Одарённая, а мы будем ловить злоумышленника на живца! Ни о чём не тревожься, мы тебя прикроем, мы за всеми проследим! И наверняка ведь следили. Свои агенты на внедрении у герцога есть и здесь.
Ладно, по-видимому, помощи ждать неоткуда. Придётся это пережить. Главное – не впасть в панику. На первом допросе, как правило, никого не убивают. А до второго я найду способ отсюда выбраться. Терпеть боль нас тоже учили.
Инквизитор сел возле ложа на услужливо пододвинутый стражником стул.
Дьявол, как больно! Казалось, всё тело вот-вот разорвётся на части. Я закричала – так, как нас когда-то учили в школе. Конечно, агент, терпящий пытки, сжав зубы и не проронив ни звука, – это очень красиво. Романтично. Вот только наша работа ничего общего с романтикой не имеет. И крик – это весьма полезная вещь. Когда кричишь, не так страшно. Когда кричишь, не так больно. Когда кричишь, враг считает тебя более уязвимым, чем ты есть на самом деле, и может невольно подставиться под удар.
Подмога действительно пришла, однако не думаю, что в данном случае сработал крик. Сама я и не услышала бы раздавшийся за дверью шум, но его услышал стражник, а он, в свою очередь, привлёк к шуму внимание инквизитора. Тот остановился и нехотя встал со стула, намереваясь проверить, что происходит.