Ну так как, будете записываться?
Из комнаты стражников донеслись странные булькающие и хрюкающие звуки; издающих оные существ видно не было. Раймонд, который, как оказалось, уже стоял на пороге собственной спальни, подобных звуков не издавал. Его вид был предельно спокойным.
– Баронесса? – склонил голову он. – Не ожидал увидеть вас здесь сегодня.
– Это неприятный сюрприз? – жеманно спросила она, полностью переключая своё внимание с меня на более интересный объект.
– Что вы, совсем наоборот.
– Вы обещали показать мне старинные часы, подаренные вам самим королём.
– Ну что же, прошу вас. – Раймонд немного отступил от двери. – Если вы хотите на них взглянуть, я не могу вам отказать.
Он бросил на меня строгий взгляд, после чего дверь закрылась. Камеристка с оруженосцем остались с моей стороны, а вскоре в комнату прошмыгнули и Винсент с Арманом.
– Мужчина нарасхват! – давясь хохотом, простонал Арман.
– А нечего было будить меня посреди ночи, – прошептала я, – да ещё и спрашивать про меня «что это такое?» с таким видом, будто увидела лягушку.
– Ну, если женщине посреди ночи так не терпелось взглянуть… на часы, – вмешался, с трудом сдерживая смех, Альберт, – что же она могла поделать?
– Садись, – я махнула рукой, указывая камеристке на стул, – думаю, это надолго.
Говорила я без всякой задней мысли, но мои слова были встречены очередным взрывом приглушённого хохота.
– Да, часы смотреть – это дело тонкое, кропотливое, – принялся развивать мысль Арман. – Требует неспешности и вдумчивого отношения.
– И главное, богатого опыта, – шёпотом подхватил Альберт.
– Да прекратите вы! – шикнула я. – Идите завидовать к себе в спальню.
Отчего-то моё высказывание про зависть развеселило их пуще прежнего.
– Эх, ну почему король не подарил мне часов?! – с сожалением воскликнул Арман. – Пусть не старинных, пусть хоть каких-нибудь самых завалящих!
– Вот, знаешь, ты бы уж точно помолчал, – фыркнула я.
Арман покраснел, а Винсент с Альбертом зашлись в очередном приступе беззвучного хохота.
– Вот вы всё смеётесь, а тут плакать надо, – нарочито вздохнула камеристка, принимаясь за одно из лежавших на блюде яблок. – Ну что это за нравы? Моя-то ладно, с ней давно всё ясно. – Она безнадёжно махнула рукой.