Когда неожиданно в Новосибирске к нему заявился Граф, по пьяной лавочке даже похвалился ему, как тонко провел «мокрое» дело, как ловко все предусмотрел. Ему не могло прийти в голову, что спустя шесть лет бригадир Ведерников надумает восстановить старый колодец, что совсем еще «зеленый» инспектор уголовного розыска, как за ниточку, ухватится за туфли-лакировки и голубую косынку с якорьками и начнет распутывать давний клубок преступления, что люди сохранят о безродном моряке добрую память и даже рецидивист Граф-Булочкин окажется в каком-то роде знакомым этого моряка.
– Это установлено и подтверждается материалами проведенного следствия, – сказал Антон и закрыл папку.
Подполковник постукивал папиросой по коробке «Казбека». Медников курил импортную сигарету. Слава Голубев что-то помечал в записной книжке. Пришедший в середине доклада капитан Кайров улыбнулся и без обычного своего высокомерия сказал:
– Молодцы Бирюков с Голубевым. Работали с оптимизмом, свойственным молодости.
– Спасибо, – смутившись от неожиданной похвалы Кайрова, ответил Антон.
Подполковник вздохнул:
– Хорошо, когда люди сохраняют оптимизм до глубокой старости, – и посмотрел на Антона. – А ведь Столбов думал, вся вина на него свалится. Из-за этого и свадьбу отложил. Теперь Чернышев после сенокоса решил ему настоящий свадебный бал закатить. Кстати, тебя приглашал. Ты обязательно съезди, – обвел взглядом присутствующих. – По делу вопросы к Бирюкову есть?
Медников оживился:
– У меня один вопросик, Николай Сергеевич.
Подполковник улыбнулся:
– Какие у нас от тебя секреты могут быть, Боря. Ты ведь, будто заправдашний наш сотрудник, по этому делу работал. Нам благодарить тебя надо за помощь.
– Как иногда пишут в газетах, это мой долг, – тоже с улыбкой сказал Борис и повернулся к Антону: – Зачем Граф-Булочкин приезжал в наш район? Действительно у него были какие-то дружеские чувства к Зорькину? Может, он на самом деле хотел вернуть ему долг?
– Не тот это человек, Боря, чтобы питать дружеские чувства и платить долги, – ответил Антон.