Он или трус, или абсолютно не знает страха.
Брюстер оглядел присутствующих и усмехнулся.
– Очередная победа интеллектуального анализа! Звучит настолько же курьезно, как и спор о том, отважна ли акула, поскольку она набрасывается на что угодно, независимо от размеров жертвы. Или она труслива, так как все же предпочитает нападать на раненых, больных или умирающих? Или дискуссия о том, умен ли лев, поскольку он выглядит таким, когда выслеживает и преследует добычу, или же он глуп, на что указывает его неразумное поведение в клетке.
Дело состоит в том – вам всем пора бы знать – что акула и не труслива, и не отважна. Лев – и не глуп, и не умен. Они существуют вне этих понятий. Они подчиняются инстинктам, поэтому эти термины применительно к ним бессмысленны. Неужели никто из вас не догадался, что точно также бессмысленны и наши тесты, когда имеешь дело с мистером Пелхэмом, ибо тесты были разработаны в расчете на нормальных людей? Вам не пришло в голову, что мистер Пелхэм в чем-то подобен животному, демонстрируя особенности поведения, которые в одних условиях кажутся присущими развитому интеллекту, а в других – глупости? Вам не показалось, что этот мистер Пелхэм – существо, подчиненное инстинктам, или что он – человек, запрограммированный на инстинктивные действия? И что для его изучения, для понимания его сути мы должны подходить к нему, как к животному? Об этом вы не подумали, господа гении?
Брюстер сел и, погрузившись в себя, занялся трубкой.
– Откровенно говоря, я не понимаю, почему мы так заинтересовались этим Римо Пелхэмом? Не понимаю. Но с академической точки зрения к нему, мне кажется, применимы стандарты инстинктивной деятельности. Исследовать его нужно через подсознание. Это поле деятельности доктора Хиршблум.
Глава пятнадцатая
Было очевидно, что доктор Хиршблум не желает иметь дела с этим американцем. Новый полицейский Форума обрушил на еврейку поток типичного колониального словоблудия, которое американцы считают очаровательным, а цивилизованные люди воспринимают как неприемлемую фамильярность.