- Ульяна, - я чуть ли не кубарем спустилась вниз по винтовой лестнице, - бегом за Джоном! Скажи – это срочно!
Спустя несколько минут, уже вдвоём, мы до рези в глазах пытались рассмотреть крошечные тёмные точки.
- Не по дороге едут, значит, верхом. Специально с другой стороны заходят, чтобы сразу не заметили. Неспроста это! – покачал головой Джон.
- Нужно дядьку Тараса предупредить. Как думаешь, сколько времени у нас ещё есть?
- Минут пятнадцать, не больше!
- Может, это просто проезжие? – с сомнением в голосе предположил староста.
- Много за последние годы проезжих ты у нас видел? – спросил его Джон.
- Лучше перебдеть, чем потом каяться. Давайте-ка всех женщин и детей в усадьбу. Калитку и ворота запереть, а Григор пусть на озеро бежит, предупредит сборщиков, чтобы сюда не совались. Пусть в сторожке укроются, еды и воды там на всех хватит.
Раздав распоряжения я снова поднялась на башню. Тёмные точки уже превратились в хорошо различимые силуэты всадников. Как же не хватает подзорной трубы или бинокля!
Я перешла на другую сторону башни, Джон как раз запирал калитку на большой висячий замок, а по дорожке к дому шла толпа деревенских женщин.
Им навстречу уже бежала Ханна, я велела разместить всех в одной из гостиных, там стояло несколько удобных диванов и кресел.
Снова перешла на другую сторону башни, возле топей мелькнула и пропала в сухом кустарнике одинокая фигурка Григора.
- У них у всех оружие!
Я вздрогнула, услышав за спиной голос Джона. Даже не заметила, как он снова тут оказался.
- Женщины и дети в доме, калитку я запер. Мне лучше вернуться к воротам, там самое слабое место.
- А где дядька Тарас?
- Он остался в деревне, не захотел уходить.
И он хлопнул по висящему на плече ружью.
*
Мой карабин тоже был со мной, единственное, о чём я сейчас жалела, что на нём нет оптического прицела, сквозь который я смогла бы рассмотреть приближающихся к усадьбе всадников.
У меня ещё теплилась надежда, что это всего лишь случайные путники, и мы зря взбаламутили народ.