- Что же делать? – горничная озвучила терзавший всех нас вопрос.
Но ответить он не успел, снизу, из дома, послышался душераздирающий женский крик.
Глава 40
- Марийка! – одними губами прошептала Ульяна.
- Оставайтесь здесь, я узнаю, в чём там дело,- велела я, сбегая вниз по крутым ступеням.
Крик повторился, он доносился из комнаты, в которой я велела разместить детей и женщин. Вбежав туда, я на мгновенье остановилась и, оценив ситуацию, резко побледнела. Было с чего.
Марийка лежала прямо на полу, а вокруг неё столпились остальные селянки.
- Что случилось?
Кажется, никто даже не заметил, как я вошла. Теперь же все лица повернулись в мою сторону.
- Марийка рожает.
- А почему она лежит на полу?
- Так куды её? На диван нельзя – перепачкает! - авторитетно заявила одна из женщин. – Да и неудобно там…
Я мгновенно оценила обстановку, понимая, что она права – диван совсем не то место, где удобно принимать роды, спинка мешает.
- Ханна, неси матрац, - велела я служанке.
Так хоть не на холодном полу.
- Вы повитуха? – обратилась я к той самой пожилой женщине.
- Нет, повитуха ещё прошлой осенью померла, - качнула головой старуха.
- Но ведь вы знаете, что нужно делать?
Женщины переглянулись и с надеждой уставились на меня. Нет, только не это!
Я знала, что делать с огнестрельными и колото-резанными ранами, химическим отравлением и тому подобное, не зря же столько лет прожила в военной части. Вот только принимать роды нас никто не учил.
"- Может вы сами… - робко произнесла женщина помоложе, - Джон рассказывал, как вы Григора оживили. Да и вода эта ваша волшебная, все же намного лучше себя чувствовать стали…
Господи, ну почему именно сегодня?!
Мои внутренние стенания прервал полный боли крик Марийки.
- Так, раздеваем её, оставьте только нижнюю сорочку и аккуратно перекладываем на матрац, - командовала я. – Ханна, кипяти воду и неси чистую ткань. Много!
Я лихорадочно пыталась оживить свои скудные познания в этой области, всё, что когда-либо читала, слышала от подруг или видела по телевизору.
- Согните ей ноги в коленях, - командовала я, - Марийка, ты меня слышишь?
Когда измученная болью девушка сфокусировала на мне взгляд, я убрала прилипшие к её вспотевшему лбу растрепавшиеся волосы и ласково начала с ней разговаривать.
- Смотри на меня! А теперь повторяй: вдох – выдох.