Главное, что теперь путешествие завершилось безпотерь, если не считать продавленной верхней полки в результате интенсивной борьбы двух тел — Славана и баскетболистки…
С вокзала Строганов привел шумный табор в пустующую холостяцкую двухкомнатную квартиру.
""Какой же я прозорливый, что я по отъезду за рубеж заплатил за аренду на год вперед! — ликовал про себя Серж. — Сейчас, наконец-то отдохнем в моем гнездышке…""
Сергей вынул ключ из укромного тайника, под доской, где тот ржавел и дожидался хозяина и открыл дверь.
Зажав нос, хозяин устремился к окну на кухне и распахнул его настежь. Полковник с большим усилием открыл присосавшуюся к белому корпусу дверцу холодильника, отпрянул назад и снова захлопнул ее. ""Черт! О, я старый осел! Теперь придется новый покупать! — чертыхнулся Серега.
"Даже человеку, напрочь лишенному обоняния, сразу стало бы все ясно! В обесточенной квартире (пробки давно выбило) за долгие месяцы его отсутствия, в закупоренном пространстве протухли и сосиски, и котлеты, поэтому невыносимый почти трупный запах медленно просачивался наружу и заполнял пространство малогабаритной квартиры. Но имелась и ""уважительная"" причина ""запустения"": улетая в Москву, наш полковник, мягко говоря, был сильно не трезв.
Секундное уныние сменилось решимостью: быстрее навести порядок, пока женщины стояли с вещами внизу у подъезда. Строганов распахнул все окна, сорвав занавеску, вырвал с ""корнем"" шпингалет, попшикал в воздухе дезодорантом. Следовало срочно провести эвакуацию содержимого холодильника, а затем и его самого. То, что когда-то было продуктами, он живо сложил в огромный пакет. Хлебница с плесневелыми сухарями и немытые кастрюли полетели вслед за пакетом в ""пропасть"" мусоропровода.
Пока гости принимали по очереди душ, Строганов как ошалелый носился по квартире, наводя порядок. Следы развеселой холостяцкой жизни были повсюду. Пустые бутылки, грязные стаканы, валявшаяся на полу губная помада, а также заколки, колготки, пробки от бутылок, и даже (о, ужас!) презервативы возле дивана.