Капитан Кенельм приняло их не в официальном кабинете, а за столиком на травянистой террасе у стены тора, где склон начинал подниматься к геодезическим окнам. Спокойное место и обстановка — здесь всякую мысль и идею можно было обсуждать открыто и беспристрастно.
Спокойствие продержалось секунд тридцать.
— Ты хочешь позволить всем недовольным уйти? Покинуть корабль? — поразилось капитан.
— Такое решение напрашивается, — ответила Ирелла.
— И многих ты планируешь взять с собой? Я, знаешь ли, обсуждало этот вопрос с медиками «Моргана».
— Я никуда уходить не собираюсь, — возразила Ирелла. — Я предлагаю вам решение. Хорошее.
— Для впавшего в депрессию состава взводов? И что с ними делать? И как это повлияет на боевой дух оставшихся?
— Послушайте, причина, отчего многим из мужчин трудно примириться с жизнью, — в их собственном существовании.
— И ты ломала над этим голову с самого Джулосса? — спросила Элличи.
— В общем, да.
— И что решила?"
"— Ирония в том, что мы удовлетворили все свои физические и материальные потребности, не хватает только самого удовлетворения.
— Если ты смирилась, могут смириться и другие.
— Нет, — покачал головой Деллиан. — Ир умнее и сильнее большинства — уж меня так точно. И мы все разные. Индивидуальные особенности и делают нас людьми.
Ирелла хихикнула.
— Может статься, мы и для оликсов с их эмерджентным богом ценны именно разномыслием. Они, насколько нам известно, мыслят весьма единообразно.
— Я против представления о них как о монокультуре, — подала голос Тиллиана.
— У оликсов единая цель, — напомнила Ирелла. — Оттого и такое единообразие. Но не о том речь. Нас сейчас должно интересовать, как предотвратить повторение трагедии Релло. Работа над поисковым проектом должна бы помочь.
— Должна бы? — усомнилась Элличи.