Боль отступила и стало так легко и тепло… В этот момент Нил понял, что умирает. Его затихающий голос еще несколько раз прошептал любимое имя и окончательно замолк.
— Это лучшее представление, что я видел за всю свою жизнь. Но ты потерял столько крови… Думаю, ты вот-вот умрешь, а я так и не успею отобедать. Поэтому закругляемся. За так хорошо отыгранные роли я дам вам попрощаться.
Нил понял, что это его последний шанс передать послание Эндрю. Он посмотрел в отчаявшиеся глаза пытающегося выбраться из цепей Аарона, и собрав все силы, что у него остались, произнес:
— Те суши, что ты приготовил для меня, и правда были очень вкусными.
Аарон замер, не смея шевельнуться. Джостен видел, как в его голове крутится водоворот мыслей.
— Ты знал? Тогда почему?..
— Ты моя семья. И прошу тебя, скажи… остальным, как сильно я люблю их. Что… не о чем не жалею и прошу… прощения. Я не на что не променял бы то… счастье, что испытал рядом с вами. И пусть только это… останется важным.
Аарон крепко сжимал челюсть, и смотрел на Нила с невыразимой болью.
— Ты тоже моя семья. И это ты оказался здесь из-за меня, а не наоборот. Мне так жаль…
— Все хорошо, ты не в чем не виноват. Я…
— Ну все, мое терпение не безгранично. Надеюсь, Эндрю, ты будешь держать глаза открытыми.
Нил глубоко вдохнул и собирался закрыть глаза, но вдруг сам для себя понял, что не может отвести взгляд от лица Аарона. В свои последние секунды он позволил себе представить, что смотрит в совершенно другое лицо, так похожее на то, что было перед ним.
Аарон пытался передать глазами все, что не успел сказать ему лично, но Нил не смог понять что именно, потому что в этот момент его, наконец, укусили.
Джостен думал, что процесс будет долгим, но зубы Рико исчезли с его шеи практически в ту же секунду, как появились. Нил с трудом поднял взгляд и увидел, как кто-то держит его мучителя за голову. Зрение Джостена размывалось, но ему показалось, что Рико вырвали ноги.
В следующее мгновение кто-то осторожно обхватил его подбородок, и Нил встретился с ужасающе отчаянным взглядом любимых золотистых глаз.
— Эндрю… Ты здесь. Эндрю, я люблю тебя.
Нил не слышал, ответил ли ему что-либо Миньярд. Он вдруг почувствовал, как кто-то поднял его на руки и уложил на пол.
— Мы можем либо позволить ему обратиться, либо умереть.
Голос Дэвида с трудом просочился в его сознание, зато ответ Эндрю будто прозвучал прямо у него в голове:
— Это не нам решать.