Слезы навернулись на глаза, и я подавила рыдания.
Боже, я люблю его. Это так больно. Мне нужно убираться отсюда.
Я не могла быть той, о ком он должен заботиться. Кем-то жалким, кто вывалит на него кучу дерьмового багажа, с которым ему надоест иметь дело.
Сделав глубокий вдох, я с трудом выдавила слова, пока мой живот сжимался от боли.
– Я тоже хотела тебя, – сказала я твердым голосом. – И я тебя получила. Это было весело. Даже лучше, чем говорили. Но теперь для меня все кончено.
– Черт побери.
– Мне будет сложно найти кого-нибудь лучше тебя в постели, – сказала я.
Развернувшись, он ударил кулаком по шкафчикам, и я уставилась на него с широко открытыми глазами – он выглядел готовым убивать.
Да. Ненавидь меня.
Пожалуйста, ненавидь меня.
– Какая же ты… – Он замолчал, боясь сказать «дрянь».
Мой подбородок задрожал.
Он повернулся и посмотрел на меня.
– Ты знаешь, как легко тебя заменить? Значит, ты этого хочешь? – И он щелкнул пальцами перед моим лицом. – Это очень просто.
Мое тело содрогнулось от ревности, хоть я и знала, что это всего лишь угроза, но все же мне до чертиков захотелось разрубить его на кусочки, представляя, как он возьмется за другую девушку.
Но чувствовала, что становлюсь сильнее, питаясь ненавистью, болью и гневом.
– Удачи с этим! – прорычала я. – Хоть в аду сгори, мне все равно.
Я пошла обратно к шкафчику и свернула за угол, прежде чем позволила слезам покатиться по щекам.
Я зажмурилась, тихо всхлипывая, и побежала.
Уилл.
Глава 23
Эмери
Наши дни
Эйдин вышел из моей комнаты, предупредив, что через час ужин, который любезно приготовил Тэйлор.
Молча кивнула и закрыла дверь, на этот раз не подставив стул. Если бы кто-нибудь вошел в мою комнату, то подумал, что я ушла.
Проскользнув в секретный проход, я осторожно закрыла картину и присела на корточки, копаясь в спортивной сумке, оставленной Алекс, в поисках фонарика.
Фонариков больше не было.
Неужели батончики мюсли были ее единственной едой? Эйдин не упомянул, что на кухне чего-то не хватает, но Алекс была ловкой. Я надеялась, что она воровала с кухни лучшую еду, пока все спят.
По крайней мере, она должна была покидать свое убежище, чтобы воспользоваться ванной комнатой.