— Ты вся напряжена, — проворчал он, и его голос звучал хрипло, будто сквозь зубы. — Я же не могу оставить это место без внимания.
Ну, тут уж он лукавил, нахал…
Его пальцы скользнули между моих ног, едва касаясь, кружа, собирая влагу, но не заходя внутрь. Я застонала, бессознательно выгнув спину, и он тут же углубил прикосновения — один палец вошел в попу, второй в лоно, и я взвыла, сжимаясь вокруг них.
— Вот так лучше, — он зарычал мне в ухо, двигая пальцами в разном ритме, заставляя меня дергаться между наслаждением и шоком.
Но прежде, чем я успела потерять рассудок, он вынул пальцы и шлепнул меня по бедру.
— Перевернись.
Я едва соображала, но тело послушалось, перекатываясь на спину. Он стоял надо мной, его глаза пылали, а на губах играла опасная ухмылка.
Прикрыла грудь руками, но он тут же оттянул их в стороны, прижимая к камню. Его янтарные глаза пылали, скользя по моему телу, и я почувствовала, как по коже бегут мурашки.
— Ты прекрасна, — прошептал он, наклоняясь ближе.
Его губы коснулись моей шеи, затем опустились к ключице, оставляя влажные следы. Я зажмурилась, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Его язык скользнул по соску, и я ахнула, выгибаясь.
— Зря ты не присоединилась ко мне тогда, моя райфис, — он ухмыльнулся, обхватывая губами другой сосок, заставляя меня застонать.
Его руки скользили по моему животу, опускаясь ниже, и я поняла, что проиграла.
Но почему-то совсем не жалела об этом.
Его руки скользили по моему телу с уверенностью, будто он знал каждый его изгиб лучше, чем я сама.
А потом его ладони опустились на грудь.
Я ахнула, когда пальцы обхватили соски, слегка сжав, затем отпустив, будто проверяя, насколько они чувствительны.
— Тебе понравилось то, что ты видела там... на источниках?
Голос его звучал невинно, но вопрос заставил меня резко открыть глаза.