Афгард 18+
Его губы были горячими, влажными, жадными — обжигающими, как огонь, и в то же время невероятно нежными. Он целовал меня так, будто хотел впитать в себя каждый мой вздох, каждый стон, каждый трепет моего тела — и я отвечала ему с той же страстью, запуская пальцы в его густые волосы, сжимая их в кулаках, чувствуя, как шелковистые пряди скользят между моих пальцев. Его язык скользнул по моей нижней губе, влажный и настойчивый, требуя входа, и я разрешила, позволив ему погрузиться глубже, слиться со мной в этом влажном, жгучем танце, где наши дыхания смешивались, а сердца бились в унисон.
Он отстранился лишь затем, чтобы опустить голову к моей шее, оставляя поцелуи, легкие укусы, от которых по коже бежали мурашки, а внутри разливалось сладкое, томное тепло.
Его губы скользили ниже — к ключице, задерживаясь на мгновение, чтобы провести кончиком языка по чувствительной ямочке у основания горла, затем под ткань платья, к груди, к соскам, уже набухшим от желания, твердым и чутким к каждому прикосновению.
— Афгард... — его имя сорвалось с моих губ стоном, когда он заменил ласки языком на легкие пощипывания зубами, заставляя меня дрожать между жгучей болью и сладким удовольствием.
Он усмехнулся, его горячее дыхание обжигало кожу, а низкий, хриплый смешок заставил мое сердце бешено колотиться.
— Ты безумно сладкая… — прошептал он, и в его голосе звучало что-то хищное, голодное, прежде чем он переключился на другой сосок, лаская его уже жестче, увереннее, заставляя меня терять рассудок от каждого движения его губ и языка.
Я чувствовала, как его руки скользят по моим бокам, вниз, к бедрам, сжимая их с такой силой, что на коже оставались следы от пальцев — и мне хотелось, чтобы они остались, чтобы завтра я могла видеть, трогать их, вспоминая этот момент.
— Я хочу слышать, как ты сходишь с ума, — прошептал он, и его слова, как раскаленный уголь, прожгли меня до глубины души.
И я сходила. С каждым прикосновением, каждым взглядом, каждым шепотом его голоса.
Его губы не спешили покидать мою грудь, но я почувствовала, как его пальцы скользят вниз, по животу, к краю платья. Один жесткий взмах руки — и подол задрался, обнажая бедра, дрожащие от предвкушения.