- Ты! Да как ты смеешь! - завопила «леди», чуть не бросаясь на меня, но один из присутствующих мужчин удержал ее.
- Не ты, а вы, - скрестив руки на груди и наклонив голову, поправила я ее.
- Я не могла бы показать такую запись! Это неприлично! - разъяренно зашипела дамочка.
- А то, что мы видели, было прилично? - насмешливо округлила я глаза. - К тому же вам не надо было бы показывать ее всем присутствующим, достаточно главы комиссии за закрытыми дверями. Но вы решили продемонстрировать запись всем.
"Последнее слово я выделила такой интонацией и с такой многозначительной паузой перед ним, что по залу пронеслись громкие смешки.
- Как вы смеете так говорить о моей племяннице! - раздался возмущенный бас с одного из стульев.
- Как она себя показала, буквально, - я махнула рукой в сторону артефакта, - так мы и говорим.
- Я этого так не оставлю! - зашипел мужчина. - Я требую отложить вынесение решения комиссии!
- Не думаю, что это уместно, - спокойно улыбнулась я, хотя кто бы знал, чего мне стоила показная невозмутимость. - Мы, кажется, уже выяснили, что все ваши «доказательства» вилами по воде писаны.
Глава комиссии согласно закивал, глядя на лорда дау Силанти прищуренным взглядом. Кажется, у этих двоих какие-то свои счеты, и благодаря этому он на нашей стороне.
- Кстати, целителя все-таки кто-нибудь вызвал? - с невинным видом поинтересовалась я.
В ответ дядюшка виновницы переполоха грязно выругался и с прямой, как палка, спиной, багровый от ярости, выскочил за дверь. За ним выбежала и его племянница, напоследок пообещав обратиться за справедливостью к самому императору.
Я же порадовалась быстрой победе, а еще тому, что не пришлось дожидаться лекаря. Что-то подсказывает мне, использованное средство могло уже и выветриться из организма Рэндалла, и тогда уже у нас были бы большие проблемы. Но, видимо, либо сами преступники не знают период выведения этой гадости, либо они рассчитывали, что глупенькая аристократка сходу поверит в увиденное собственными глазами на записи и даст жениху от ворот поворот.