Да! Проклятый все побери, разумеется! После того, как я сделала смертельный подклад под твоими дверями, после того, как поссорила твоих родных и подвергла опасности детей… да! Именно на это я и рассчитывала!
Лайтвуд ухмылялся, загораживая мне путь и к окну, и к двери.
Вообще-то на страже безопасности особняка Даркморов должна была стоять Вив. Но она… предательница.
— Для чего вам брать меня в жены? — ровно спросила я.
— В самом деле, для чего берут жен?
По губам Лайтвуда скользнула ухмылка.
Да он издевается!
— Либо я получу от вас прямой ответ, либо…
Лайтвуд не дал мне договорить.
— Что вы…
Вторая его рука легла мне на затылок, я попыталась вырваться и…
Он издевается?!
Я была готова к войне.
К нападению.
Но не к поцелую.
Я совершенно точно не была готова к тому, что Лайтвуд своими невозможно синими глазами заглянет в мои, снова ухмыльнется и дотронется своими губами до моих.
Проклятый!
Я не планировала с ним целоваться!
Я вовсе не планировала целоваться!
Я собиралась посвятить свою жизнь темным искусствам, попасть в Книгу Теней как одна из самых одаренных темных колдуний, собиралась…"
"Губы у Лайтвуда были теплыми, твердыми, очень аккуратными.
Я… немного думала о том, каким мог бы быть поцелуй с Лайтвудом. После того разговора в его кабинете.
Реальность оказалась… совершенно другой. Я толком не могла осмыслить, что происходит, потому что у меня колотилось сердце, колени подкашивались, от тепла и магии, исходящих от тела Лайтвуда, и от его крепких рук, внутри что-то переворачивалось.
Хотелось…
Я едва ли осознавала, что, несмотря на бушующие внутри чувства, я все равно пытаюсь оттолкнуть Лайтвуда.
Инстинкт.
— Отпуст… пусти!
Наконец Лайтвуд отстранился, улыбнулся и… поцеловал меня в лоб?
Я вздрогнула. Почему-то это мягкое прикосновение губ выбило меня из колеи сильнее всего остального.
— Я тебе когда-нибудь расскажу, почему светлые женятся, — проговорил Лайтвуд, глядя мне в глаза и снова целуя. — Как раз после свадьбы и расскажу. Если сама раньше не догадаешься.
— Но…
Лайтвуд отошел на шаг, сцепил руки за спиной. На губах его играла безмятежная улыбка.