— Разве люди в коридоре не обязаны обеспечить их безопасность? Или законы империи резко поменялись?
— Я не имею права говорить всего. Но в этих обстоятельствах я бы не доверял даже «Четверке». Дело запутанное, а я просто пытаюсь спасти свидетелей.
Врач отбросил всякую иронию и серьезно на меня посмотрел.
— Поклянитесь, что не лжете.
— Слово дворянина. Клянусь честью. Мне нужно незаметно вывести их отсюда. И без вас не обойтись. Наверняка люди особистов уже дежурят на входах и выходах.
Доктор задумался, затем мрачно покачал головой и тяжело вздохнул.
— Если выяснится, что я вам помог, меня за это по голове не погладят.
Как будто меня не настигнут последствия! Но все они — ничто по сравнению со спасением хотя бы одной невинной жизни. А таких под вопросом уже три. Костенко и Таня. Так что к черту сантименты и опасения.
— Я постараюсь возместить вам весь ущерб, — сказал я.
Доктор усмехнулся.
— Боюсь спрашивать, каким образом. Ладно, помогите мне. Просто делайте то, что я говорю.
Он метнулся за ширму к Оксане, быстро отключил аппараты отслеживания жизнедеятельности и вывез каталку на середину палаты.
"— Вон та женщина, у окна, — указал он. — Везите ее на место девушки. Я все переподключу.
Пока я возился с проводами и перекатывал неизвестную даму на место Оксаны, врач поменял местами их резиновые браслеты с фамилиями. Хорошо, что у журналистки была замотана голова, и ее приметных рыжих волос было поти не видно. Неизвестная женщина была постарше, но не приходила в себя.
— Проснется через час-другой, — пояснил врач. — Перебрала с веществами. Они ее не добудятся, и это купит вам время.
Я понятия не имел, знали ли особисты, как выглядела Оксана. С учетом того, как быстро они приехали, у них могло и не быть времени на детальное изучение досье. Но все равно журналистку следовало получше замаскировать.
Такую же манипуляцию доктор проделал с другим неизвестным пожилым мужчиной и Святославом Николаевичем. Поменял местами, переподключил аппараты, повесил на запястье деда браслет с фамилией «Харитонов».
— Пьяная драка, — сказал доктор, кивнув на настоящего Харитонова. — Прокапали, наложили швы, жить будет. Но отделали его так, что вполне сойдет за жертву аварии. У нас тут много таких…
Я уложил Оксану на каталку и спрятал торчавшие из-под бинтов волосы.
— Что дальше?
— Самое сложное, — ответил врач. — Мы с помощницей вывезем их по очереди, но вам, чтобы не вызывать подозрений, придется остаться здесь.